Зависимая стратегия безработных.


С типами ментальности сегодня жестко коррелирует динамика материального положения людей. Западная культура принесла, наряду с прочими, понятие "неудачника экономической деятельности". Отмечая тенденцию оттеснения в социальные аутсайдеры носителей традиционалистской ментальности, Н.Е.Тихонова утверждает, что "в современной России началось не просто формирование застойной бедности, но ее представители имеют отчетливо выраженные особенности образа жизни и личности"97. Итак, сегодня зависимые установки не подкреплены наличием сильного покровителя, что становится фактором чувства социальной незащищенности, а в наиболее трудных ситуациях – социальной беспомощности, некомпетентности и агрессии. О том, что сегодня зависимые установки – мощный фактор дезадаптации трудоспособного населения, свидетельствует социально-демографический портрет зависимых групп населения – наибольшая их доля фиксируется среди безработных и малообеспеченных98. Кроме того, рыночные реформы последнего десятилетия наглядно показали тесную взаимосвязь положения человека в системе льгот и пособий и его дискриминации, и прежде всего это сказалось на женщинах. Типичная характеристика зависимого человека – незнание своих прав, неумение их отстаивать.

Этим объясняется парадоксальный факт, что массовое недовольство политикой государства, высокий протестный потенциал сегодня, как правило, остаются на уровне эмоций, но не выплескиваются в активные действия.
Таким образом, сознание и исторически сложившиеся неэффективные технологии жизнедеятельности на уровне индивидуального экономического поведения – еще одна "институциональная ловушка", которая обусловливает устойчивое следование поведенческим моделям, неблагоприятным для макроэкономического и социального развития страны в долгосрочной перспективе.
Почему так живучи зависимые установки?
Логично было бы ожидать, что трансформация – неизбежный выход из нестабильного состояния, а неэффективные жизненные стратегии будут прочно забыты. Однако этого сегодня не происходит. Пытаясь ответить на этот вопрос, рассмотрим структурные и поведенческие факторы социально-экономической зависимости в настоящее время.
Первые обращают наше внимание на несовершенство социальных институтов, обусловливающих социальное исключение людей, лишающих их возможности выбора самостоятельной стратегии жизнеобеспечения. Ключевым моментом здесь выступает наличие у индивида (семьи) ресурсов для самостоятельной жизни. Рассмотрение зависимости с точки зрения ресурсов позволяет сделать следующие выводы.
1). Либеральная социальная политика предполагает наличие ресурсной базы в домохозяйствах. Как мы рассматривали выше, практика хозяйствования в условиях перераспределительной экономики путем экономических и идеологических барьеров этого сделать не позволяла.

В условиях же современной России невиданная ранее скорость трансформационных процессов, уничтожение сбережений граждан, экономический кризис – очевидные причины того, что значительная часть населения, так и не приобрела "в частную собственность" ресурсы независимости, утратив при этом государственную поддержку. Добавим сюда и фактор фактического препятствования государства образованию самодеятельного среднего класса, прежде всего, вследствие неразработанности правил игры в виде правовых основ предпринимательства, разумной налоговой политики.
2). К структурным же факторам следует отнести и огромный груз социальных обязательств государства, с которым осуществляется переход к рынку. Даже при значительном сокращении сегодня этих обязательств Россия сегодня остается "страной льготников". Подобно описанной в предыдущих главах ситуации, когда критическая масса неэффективных предприятий вынуждает следовать моделям хозяйствования, противоречащим всем экономическим законам, экономические трудности последних лет обусловили такое количество нуждающихся и обездоленных, что разговоры о ценностях "независимости" не встречают понимания в массах, и государство вынуждено идти на поводу у тех, кто ожидает помощи и не приемлет иных поведенческих стратегий.

Таким образом, перефразируя Гегеля, "если ценность не находит понимания у большинства населения, то тем хуже для ценности".
3). Подобное давление "критической массы" выражается в том, что сегодня основными экономическими субъектами продолжают оставаться крупные предприятия, осуществляющие функции, далекие от задач получения прибыли и эффективности производства. Социальная инфраструктура в сочетании с необходимостью содержать до трети излишней рабочей силы – балласт, не позволяющий предприятиям маневрировать, приспосабливаться к условиям рынка. Не имея собственных ресурсов, значительная часть населения продолжает связывать себя с предприятиями комплексом обременительных отношений материальной зависимости в интересах выживания своих домохозяйств. Формируются "симбиозные ресурсы", которые определяют высокую социально-экономическую живучесть экономически неэффективных российских предприятий99.

Зависимый от предприятия работник является той дешевой и лояльной к руководству рабочей силой, которая не бежит с тонущего корабля, работает за низкую зарплату, месяцами дожидаясь ее или принимая в качестве таковой им же произведенную продукцию. Особенно это актуально для малых городов, где предприятие является единственным работодателем, что означает отсутствие у населения альтернативного источника ресурсов жизнеобеспечения.
Поведенческие концепции зависимости акцентируют внимание на индивидуально-личностных характеристиках. Они достаточно продуктивны при объяснении зависимых установок у людей, живущих в сходных социально-экономических условиях, но имеющих различные поведенческие стратегии. Рассмотрим их, пользуясь типологией, разработанной в зарубежной традиции изучеUия зависимости100.
1 – модель рационального выбора, предполагающая анализ индивидами своих выгод и издержек, связанных с альтернативой "самостоятельность – зависимость". Эта модель объясняет "зависимую" стратегию безработных. Некоторые исследователи полагают, что даже при символическом размере социальных пособий в России намечаются тенденции формирования андекласса западного образца, и несовершенство законодательства вкупе с неотработанностью механизма социальной защиты в новых условиях способствуют тому.

Так, Н.Е. Тихонова отмечает тенденцию формирования "культуры зависимости" среди российских безработных и особой прослойки лиц, сознательно живущих на пособия. Свидетельства тому – растущая роль пособия по безработице в структуре доходов домохозяйств и во многих случаях предпочтение оставаться на пособии поиску работы101.
Кроме того, в исследовании социально-экономической зависимости женщин102 четко просматривается сознательный выбор многими из них экономически зависимого статуса домашней хозяйки либо низкооплачиваемого работника ради обеспечения возможности осуществления традиционных ролей матери и хозяйки дома. Данный выбор делается с целью оптимального распределения семейных ресурсов, прежде всего финансовых и временных. Собранный в ходе интервью материал, так же как и результаты предыдущего количественного исследования103, позволяют утверждать, что сегодня в России эффективная зависимая адаптация носит "женское" лицо, а субъекты покровительства перемещаются на уровень социальных сетей людей.
2 – зависимость как результат потери уверенности в себе, контроля над собственной жизнью, возможности достижения желаемых результатов. На наш взгляд, сегодня в России наиболее распространенными являются именно социально-психологические факторы формирования зависимых установок. В данном случае имеется в виду известный феномен "выученной беспомощности", вырабатывающийся под влиянием повторяющихся неудач.

В условиях "коллективных ненормативных жизненных событий"104 и индивидуализации социального риска приобретает значение несоответствие расширения диапазона новых возможностей социальной беспомощности человека. Не обладающий надежными способами выхода из тяжелого материального положения, он не может бесконечно "пробивать лбом стену" и в итоге часто обращается к единственному известному ему способу – просить – милостыню или государственную поддержку.
В эту же группу факторов мы отнесли и формирование зависимых установок как защитную реакцию от психических перегрузок. В публикациях, посвященных исследованиям безработицы в России, приводятся данные о конформистском типе личности безработных, гораздо меньшая значимость для них свободы в сравнении с ценностью материального благополучия, недостаточный реализм и неадекватность в оценке себя и своих возможностей105. Нередко у зависимой личности вырабатывается "комплекс Фомы Опискина" – неблагодарность по отношению к близким, от помощи которых он зависит, и требование повышенного внимания к себе.
3 – культурные модели, предполагающие существование субкультуры зависимости (бедности) с ценностями и нормами, отличными от господствующих в обществе, то есть своего рода социальную девиацию. Модель "зависимость как девиация" вряд ли применима в ее классическом виде в России в связи с небольшим стажем социальной дифференциации в стране, где имущественные различия еще не успели вылиться в культурные.



Содержание  Назад  Вперед