Региональный анализ выборочной совокупности


Однако и здесь их мнение неоднозначно в региональном сравнении, хотя различий гораздо меньше. Так, выше среднего (51,6%) процент мнения по Ростовской области (65,0%), в Кабардино-Балкарии (56,1%), но меньше в Адыгее (39,6%), Ингушетии (45,2%). Зато в два раза выше на региональном, чем на федеральном уровне, процент мнений о реализации ответственности. В Адыгее, Дагестане и Ставропольском крае на 5-8% выше среднего, но на 5-13% ниже в Краснодарском крае, Кабардино-Балкарии, Ростовской области.
Безусловно, более оптимистичны данные, характеризующие муниципальную власть в отношении ответственности, которая работает напрямую с населением, более остро ощущает обратную связь в управлении и поэтому активно реагирует на его критику и необходимость удовлетворения повседневных нужд и запросов граждан. Следствие этого - оценка декларируемости проблемы в органах муниципального управления на 20% ниже, чем на федеральном и на 3,2%, чем на региональном.

Отличаются в большую сторону данные по Ростовской области (66,2%), Кабардино-Балкарии ( 60,6%), Дагестане (36,2%), Ингушетии (39,2%) при среднем значении по Северо-Кавказскому региону (48,4%).
В отношении мнений реализации ответственности на этом уровне наиболее высокий показатель мнений (38,0%), но в Карачаево-Черкесии он гораздо выше (48,0%), а также в Адыгее (46,6%), Ставропольском крае (44,6%).
Что касается распределения мнений по группам экспертов, то здесь анализ показал следующее. Реальность ответственности на практике больше проявляется по мнению государственных служащих (выведенное среднее значение 26,7%), далее идут руководители (22,2%), муниципальные служащие (15,0%), депутаты представительных органов регионального (12,1%) и муниципального (11,1%) уровня и лидеры политических партий и общественно-политических движений (10,2%), причем у последних не слишком (1-2,5%) разнятся оценки реализации органами федерального, регионального и муниципального управления.
Известно, что в советский период коллегиальная (коллективная) ответственность была больше декларируемой, чем реально осуществляемой.
Эксперты, участвуя в настоящем исследовании и оценивая эффективность персональной и коллективной, в большинстве отдали свое предпочтение первой (78,7%) против коллегиальной (19,6%).
Оценки между регионами сильно разнятся. Так, выше среднего значения оценили персональную ответственность эксперты Кабардино-Балкарии (87,9%), Ставропольского края (86,5%) и Ростовской области (86,2%), но меньше эксперты Адыгеи (58,7%).

Следует отметить, что по поводу коллегиальной формы значение ее выше среднего у экспертов Адыгеи (37,9%), Карачаево-Черкесии (26,0%), но ниже Кабардино-Балкарии (10,6%), Ставропольского края (12,1%), Ростовской области (13,8%).
Характерно, что по сравнению с ответами на другие выше рассматриваемые вопросы, отмечался низкий процент воздержавшихся экспертов или высказавших другие варианты ответов, но в данном случае в Ингушетии, Карачаево-Черкесии, Ростовской области таковых не было, что свидетельствует об их достаточно четкой позиции в оценке данной проблемы.
Примечательно, что результаты по группам экспертов показали, что среди сторонников персональной ответственности больше всего среди экспертов: руководителей (24,4%) и государственных служащих (24,1%), а меньше у депутатов муниципального уровня (8,3%). Среди экспертов, отдавших предпочтение коллегиальной ответственности, на первом месте, так же как и в первом случае, руководители (23,5%), за ними следуют политические лидеры (21,6%) и государственные служащие (16,7%), а самый низкий процент, так же и в оценке отношения к персональной у депутатов муниципального уровня (8,8%).
Однако эффективное осуществление демократических подходов в становлении правового государства возможно не только лишь при условии достаточной электорально-правовой культуры у населения, но и ответственности в их политическом предпочтении того или иного кандидата в органах власти, основанной не столько на личных симпатиях и эмоциях, но прежде всего возможного предвидения результативности деятельности выборного лица и пользы от этого гражданскому обществу.

Анализ ответов на вопрос об ответственности избирателей за выше указанную избирательную процедуру показывает, что 23% экспертов считают о несомненном наличии таковой, еще 29,0% подтверждают, что избиратели при волеизъявлении более склонны к проявлению ответственности, чем непроявлении ее. Однако каждый четвертый из числа экспертов (26,1%) заявил скорее об отсутствии таковой и безответственном отношении (11,7%).

Необходимо отметить сложность этого вопроса, так как каждый десятый эксперт затруднился на него ответить.
Региональная характеристика этих социологических результатов на основе суммарных соотношений значений 1 и 2 позиции, отражающих уровень ответственности избирателей к выбору кандидатов и 3, 4, характеризующих противоположное мнение, такова: Адыгея (60,3 25,9), Дагестан (51,5 48,5), Ингушетия (42,1 45,1), Кабардино-Балкария (59,2 34,8), Карачаево-Черкесия (38,0 48,0), Краснодарский край (55,2 29,0), Ростовская область (55,0 36,2), Ставропольский край (50,0 39,2). Очевидно превышение процентов избирателей с более ответственным отношением, чем менее в Адыгее, Кабардино-Балкарии, Краснодарском крае и Ростовской области и обратным соотношением в Карачаево-Черкесии и близко к этому в Дагестане.
Характерно, что средние данные по субъектам РФ не слишком разнятся. Однако выше среднего значения процент экспертов, ответивших позитивно, в Ставропольском крае (85,1%), Ингушетии (78,5%), а ниже в Адыгее (51,7%) и Краснодарском крае (59,2%).
Показатель отрицательного ответа по указанному вопросу в отличие от позитивного имеет больший разброс значений по региону. Так, наибольший процент доли экспертов по этой позиции в Краснодарском крае (27,6%), Дагестане (21,2%), а наименьший в Ставропольском крае (4,1%) и Ингушетии (7,8%).
Анализ ответов на вопрос «Какие, на Ваш взгляд, из предложенных мер активно способствовали бы повышению ответственности во всех сферах социального управления»? показал, что большинство экспертов считают, что это должны быть меры законодательного (42,2%) и административного (42,0%) характера в условиях цивилизованных рыночных отношений (44,5%). Однако далее следует настоятельная необходимость (30,3%) использовать для решения исследуемой проблемы широкий демократический контроль в правовом поле за деятельностью субъекта управления.
Эксперты также считают важным (31,5% мнения) повышение профессиональной управленческой квалификации. Другие меры набрали примерно одинаковый процент мнений экспертов.

Важно отметить, что здесь не нашло подтверждения бытующее или квазибытующее мнение в общественном сознании о настоятельной востребованности «твердой руки», демократического авторитетного генерала или даже монарха.
Региональный анализ выборочной совокупности свидетельствует о том, что в отношении мер законодательного характера процент мнений экспертов примерно на одном уровне, за исключением Дагестана (34,8%) и Краснодарского края (36,8%), где он несколько ниже.
В отношении более жесткого применения уже действующих законов и других нормативных актов больше сторонников в Карачаево-Черкесии (52,0%), однако гораздо меньше их в нескольких регионах, таких как: Адыгея (25,9%), Ростовская область (31,2%), Краснодарский край (35,5%) и Ставропольский край (37,8%).
Примечательно, что в Карачаево-Черкесии (18,0%) и Адыгее (19,0%) менее склонны к широкому демократическому контролю за деятельностью субъектов управления. Также ниже среднего процента мнения экспертов по использованию во всех сферах управления авторитарного стиля руководства и более широкое использование административных методов в Ингушетии и Ростовской области, однако выше в Адыгее, Кабардино-Балкарии, Краснодарском крае.
Значительно разнятся мнения по поводу влияния профессиональной управленческой квалификации: значительно выше среднего (31,5%) в Ингушетии (51,0%) и Карачаево-Черкесии (48,0%), что отражает сравнительно молодой состав и небольшой опыт управленческой работы экспертов в республиканских структурах, а ниже - в Дагестане (21,2%), Ростовской области (25,7%), Краснодарском крае (26,3%), что может означать обратное.
Такая же дисперсия средних процентов экспертных оценок от среднего значения по всему Северо-Кавказскому региону в отношении роли общественного мнения в повышении ответственности органов управления и руководителей. Здесь придают этому гораздо больше значение: в Краснодарском крае (25,0%), Адыгее (22,4%), но значительно меньше - в Ингушетии (9,8%), Карачаево-Черкесии (6,0%).
Анализ мнений по социальным группам экспертов показывает уже устоявшуюся тенденцию сторонников укрепления порядка путем ужесточения самих законов, а также широкого применения административных методов новаторского стиля управления среди государственных служащих и хозяйственных руководителей, а более демократичные у депутатов обоих уровней и лидеров политических партий и общественно-политических движений.
Однако интересно, что, например, хозяйственные руководители гораздо меньше, чем другие категории экспертов, ратуют за жесткое использование самих законов (12,8%).



Содержание  Назад  Вперед