Промышленный спад в Запорожье


Ещё одной чертой Украины является то, что она расплачивается дорогой ценой за чернобыльскую катастрофу. Это мало кому известно на Западе. За последние 13 лет 11 миллиардов долларов ушло на ликвидацию последствий чернобыльской катастрофы. Украинское правительство ввело специальный налог, идущий на ликвидацию последствий чернобыльской аварии. В 1992 году доля чернобыльского фонда в государственном бюджете составляла 15,7%, а в 1995 этот показатель снизился до 5,1% (по материалам "Гринпис" 1996).

Для сравнения: в 1995 году на развитие науки правительство ассигновало всего 1,9% госбюджета.
Остро стоит на Украине и проблема старения населения: на каждого пенсионера приходится 1,5 работающих, тогда как в России - 1,8, а в Японии - 2,6.
В результате описанных особенностей Украины в период перехода к рыночной экономике, можно сделать вывод о том, что переходная эпоха для Украины, по сравнению с другими странами бывшего социалистического лагеря, - процесс намного более трудоёмкий и болезненный. Разумеется, речь не идёт о тех государствах, которые вынуждены преодолевать последствия разрушительных военных конфликтов. Всё, сказанное об Украине в целом, относится и к Запорожью.

Промышленный спад в Запорожье

По сведениям запорожского статистического бюро, промышленный спад в Запорожской области не наблюдался до 1992-го года и разразился в 1994-ом. Ещё в 1991 году наблюдался прирост производства на 0,4%. В 1992 производство снизилось на 4,7%, в 1993 - на 1,2%, а в 1994 - сразу на 22,5%.

В 1995 этот процент пополз вниз и составил 10,3 и в 1996 спад прекратился: производство продукции возросло относительно 1995 года на 0,4%. К 1998-99 годам рост промышленности по Запорожью, согласно официальнымданным составил 12,5%, тогда как по Украине этот показатель всего 2%. Мы же, исходя из наблюдаемой действительности и базируясь на более ранних сведениях того же запорожского статбюро, смеем утверждать, что реальные ежегодные показатели общего промышленного спада в Запорожье были на несколько процентов выше приведённых.
Итак, промышленный спад в Запорожье начался гораздо позже, чем в большинстве остальных стран Центральной и Восточной Европы. Этот факт позволяет понять, почему Запорожская правящая элита была так плохо подготовлена к переводу промышленности на рельсы рыночной экономики.
Продукты сельскохозяйственного производства в 1995-ом году составляли только 60% от уровня 1990 года.viii В этой сфере спад был гораздо сильнее в Запорожье, чем по Украине в целом.
Этот упадок, возможно, представляется не таким уж драматическим поворотом истории, если учесть стремительный рост теневой экономики, который не отражён в статистике и на долю которой приходится примерно 60% валового национального продукта. Согласно докладу, предназначенному президенту Кучме, если учесть долю и участие чёрного рынка в национальной экономике, то спад производства с 1989 по 1994 год составляет лишь 25%. С другой стороны, неумолимые цифры статистики свидетельствуют о небывалом размахе бедности и нищеты, то есть, о резком снижении жизненного уровня большинства населения. Спад национального валового продукта с учётом теневой экономики в период между 1990 и 1995 годами составляет 31,7%.ix
Распад Советского Союза особенно болезненно отразился на Запорожье, расположенном недалеко от российской границы, зависящем от российских поставок и укоренённом в систему межотраслевых экономических связей с другими республиками бывшего СССР.
Если в целом по Украине насчитывалось 59% предприятий общесоюзного министерского подчинения, то по Донецко-Днепровскому району (Донецк, Луганск, Днепропетровск и Запорожье) их было 69 процентов. В Запорожской же области таких предприятий было 72%.x В случае Запорожья мы видим гораздо большую долю сырьевых и производственных поставок ввозимых в регион, чем в случае любого промышленного региона развитого Запада.
К середине 1998 года в экономике в основном действовали очень большие предприятия, которые фактически были собственностью государства, хотя формально были приватизированы. Рыночная экономика почти отсутствовала, хотя предприятия стали меньше полагаться на субсидии и больше учитывать реальные цены на продукцию. Большие предприятия до сих пор функционируют в рамках перераспределительной экономики. Это означает, что государство до сих пор субсидирует их, помогая удержаться на плаву.

Ранее это было более открыто, на конец 1996 года это скидки на энергозатраты, различные поблажки, которые предприятия выбивают за счёт личных контактов с министерствами. Этот принцип перераспределения завёл экономику страны в тупик.
Хотя областная администрация и гордится тем, что на долю Запорожской области приходится 7,5% всех приватизированных фирм Украины, при том, что население области составляет лишь 4% населения страны, к оценке этих цифр следует подходить с большой осторожностью. В Запорожье приватизировано меньше магазинов в сравнении с другими большими городами, а первая частная гостиница открылась только в 1995 году. Это в сфере обслуживания, которая обычно в постсоциалистических странах попадала в первую волну приватизации.
В 1995 году началась приватизация промышленных предприятий, и к середине 1999 года эти приватизационные процессы были всё ещё на начальной стадии.
Одним из первых предприятий, приватизированных в Запорожье, был завод авиационных двигателей “Мотор - Сич”. И немедленно поднялся большой скандал, так как приватизационное агентство внезапно изъяло не только 27% аукционных, но и 17% дополнительно, что в результате позволило государству остаться собственником большинства акций. Объяснялось это тем, что предприятие имеет “стратегическое значение” для Украины - аргумент, часто используемый, чтобы избежать приватизации.xi Постепенно так получилось, что, с объединением предприятий, на многих из них государство стало основным держателем акций.
Хотя процесс приватизации продвигается медленно, руководители государственных предприятий успешно распоряжаются государственной собственностью и извлекают незаконные прибыли от продажи продукции за рубеж. В 1993 году на предприятиях всё ещё находилось много запасов сырья, купленного по очень низким ценам или полученных бесплатно в коммунистическую эпоху. Используя их, некоторые предприятия могли несколько лет продавать за границу произведённую продукцию по низким ценам.

Реальная стоимость продукции обычно не бралась в расчёт. Когда эти запасы иссякли, предприятия вынуждены были начать учёт реальной стоимости, так как резко подорожали энергоресурсы, стоимость закупаемого сырья. Подорожавшая продукция утратила свою конкурентоспособность. Если на первой фазе перехода к рынку экспорт был неким буфером, то, по мере исчезновения прежних источников производства, большие предприятия столкнулись с заметным ухудшением своего положения.

Правда, пока эти изменения не отразились на объёме экспорта. В 1995 году экспорт в Запорожской области вырос до 44,5% по сравнению с 1994 годом, а в 1996 этот уровень сохранялся.xii В 1997 он вырос на 13,2%, а в 1998 упал на 9,5% по сравнению с предыдущим годом.
В 1996 и 1997 годах, большие предприятия были в процессе самоопределения.
Процессы коммерциализации до сих пор находятся в зачаточной стадии. У больших предприятий есть множество возможностей получить поддержку государства - отмена налогов, дешёвые кредиты. Рыночные же отношения тормозятся широко распространённой коррупцией и отсутствием управляемой законом экономики.

Законы просто не работают. Их нарушение не чревато никаким наказанием. Это даёт возможность распространению коррупции и организованной преступности, без участия которой уже никакой бизнес невозможен.

Коррупция стала стилем жизни.
Тормозится развитие экономики и запретительными налогами. Высокая инфляция и недоразвитая банковская система очень затрудняет промышленное развитие. Согласно данным Управления статистики Украины, уровень инфляции в 1992 году составлял 2100%, в 1993 - 10256%, в 1994 - 501%, в 1995 - 281% и в течение 1996 года - 80%.
Большие предприятия с трудом привыкают к новым условиям. Организационные изменения происходят редко. Массовых увольнений не наблюдается. Фактически, количество безработных приближается к половине трудоспособного населения. Однако официальная статистика об этом умалчивает, и, если ей верить, то по Запорожью только 2,8% безработных.xiii На деле же сюда следует отнести рабочих предприятий, отправленных в бессрочный неоплачиваемый отпуск.

Существует также большой отряд людей, продолжающий работать и не получающий зарплату. Например, работники школ и медицинских учреждений к концу июля 1996 года с трудом получили зарплату за февраль. В конце 1997 года большинство запорожцев получили зарплату за октябрь в декабре.

Количество официально зарегестрированных безработных по Запорожью на октябрь 1997 года составляло 11,3%, тогда как этот показатель по Украине был 8,9%(UET, март 1999).

Имеет ли Запорожье региональную экономику?

Предприятия в Запорожье в советское время, в основной своей массе, не были связаны с экономикой региона, так как напрямую подчинялись отраслевым министерствам в Москве. Эти министерства организовывали все необходимые для производства материалы и изымали всю производимую продукцию без учёта потребностей региона. Поэтому часто выходило так, что сырьё и исходные материалы для производства привозились из отдалённых мест, в то время как логичнее было бы воспользоваться местными ресурсами.

Но ближние предприятия, располагавшие необходимым сырьём, подчинялись другим министерствам. Такая замкнутость приводила к нерациональным затратам. Например, Трансформаторный завод в 1991 году импортировал из России 22,3 тысячи тонн стали, 4,8 тысячи тонн меди, 5,7 тысяч тонн алюминия и 27,2 тысячи тонн меди из Узбекистана.

И это при том, что сталь и алюминий производятся на запорожских металлургических заводах. Конечно, металл, необходимый для трансформаторов, отличается от ассортимента продукции запорожских металлургических предприятий. Не подходила их продукция и “Автозазу”, ввозившему 22,5 тысячи тонн стали из России, а также мелитопольскому заводу двигателей, работавшему тоже на российской стали и прокате. Но возникает вопрос: почему нельзя было производить весь необходимый региону ассортимент металла на местных гигантах металлургической промышленности? Перед нами типичная картина региона, глубоко интегрированного в общесоюзную экономику, но с крайне ограниченными внутрирегиональными связями.

А ведь региональная экономическая структура была задумана как единый комплекс, расположенный вокруг гидроэлектростанции и использующий местные природные ресурсы.

Интересные статьи



Содержание  Назад  Вперед