Рассмотрим это снова и более тщательно.


Мы, таким образом, снижаем доходность вложенного в них капитала до того уровня, который соответствует общей доходности общественного капитала. Ценность средства производства представляется определенной издержками его производства, тогда как число средств производства данного вида вменяется в соответствии с доходностью. Участок земли, с другой стороны, доставляет величину, измеренную формулой Рикардо; и ценность земли есть капитализация этого дохода. Земля, конечно, не имеет ценности, образованной издержками, так как она доставляется природой. С этой точки зрения, представляется так, будто в случае земли количество неизменно, доходность неизменна, и ценность соответствует доходности.

В случае же капитальных благ представляется, будто количество изменчиво, ценность изменчива, и доходы ставятся в отношение к ценности через изменение количества. Рассмотрим это снова и более тщательно. То, что мы в действительности сравниваем - это земля вообще и капитал в определенной форме.

При обычной терминологии обращалось внимание на количество всей земли как всеобщего агента общественного производства и на количество капитала, применяемого в отдельной подгруппе. В первом случае принималась общественная точка зрения и во втором - локальная. Таков метод, применявшийся во многих других случаях и всегда с некоторой путаницей.
Сравним, поэтому, всю землю со всеми капитальными благами, включив все общество в поле зрения. В каждой группе и подгруппе имеется земля и в каждой из них есть капитал в форме искусственных средств производства. Ни тот, ни другой агент не может быть в целом увеличен по желанию. Во всякое время величина наличного искусственного капитала так же неизменна, как и величина земли.

В течение короткого времени нет возможности настолько увеличить общий фонд искусственного капитала, чтобы произвести заметное изменение в условиях общественного производства. Во всякое время мы имеем дело с определенным количеством земли в сочетании с определенной величиной капитала в искусственных формах. Сверх того, различие между землей и другими капитальными благами, основывающееся на том положении, что земля не может быть увеличена, а другие вещи могут, незаконно в статическом исследовании, ибо само по себе предположение статических условий исключает всякое увеличение капитала.
Посмотрим, остается ли где-либо это различие в силе: ограничимся в нашем рассмотрении отдельной подгруппой. Справедливо ли даже здесь то, что количество земли не может быть увеличено, а количество капитала в других формах может? Это различие имеет здесь столь же малое применение, как и в общем случае.

Мы можем; конечно, передвинуть большее количество земли в эту подгруппу, взяв ее у других. Земля, в экономическом смысле, мобильна, так как мы можем перестать использовать землю под один вид продукта и предназначить ее для другого. Точно таким же образом, мы можем увеличить величину капитала в искусственных формах.

Мы можем взять капитал из одной отрасли производства и поместить его в другую. В отдельной подгруппе, на которой мы сосредотачиваем внимание, мы можем, в случае нужды, иметь больше орудий и машин. Если мы рассматриваем обувное производство, мы можем располагать любым количеством машин Доппель и Слагерь и т. д., но мы можем быстро получить их лишь путем отвлечения капитала от других форм вложения.

В статических общественных условиях мы, однако, никогда не можем этого сделать, так как существует некоторое экономическое влияние, которое этому препятствует.
Имеется ли предел для количества земли, которое, сообразно с экономическими законами, мы можем использовать в этой отрасли, и нет такого же предела для капитала, который мы можем соответственно сюда вложить? Имеется ли экономическое соображение, которое фактически гласит: "Для достижения наилучших результатов вы должны иметь в этом деле ровно такое-то количество земли, тогда как величина капитала, которую вам следует иметь, есть величина неопределенная и изменчивая"? Наоборот, количество земли установлено точно таким же путем, как и количество капитала в других формах.

Земля - мобильна; искусственный капитал мобилен, и закон изменения, который мы описали в одной из предыдущих глав, точно определяет, какое количество земли будет в каждой подгруппе и какое количество капитала в других формах здесь будет. Вложите в дело слишком много земли, и продукт земли, оцененный в благах, снижается, ценность благ падает, и эти два влияния совместно побуждают вас изъять излишек. Вложите слишком много капитала в других формах, и произойдет то же самое.

Единица капитала в этом случае производит слишком мало благ, и блага имеют слишком малую ценность. Благодаря этому излишек исчезает.
В результате действия этого закона в каждой подгруппе имеется нормальное количество земли и нормальное количество капитала в других формах. Если вы изменяете какую-либо из величин, вы изменяете ее в худшую сторону, потому что, если вы плохо распределяете вашу землю и ваш капитал, вы получаете в результате меньший доход. Здесь необходимо отметить одну особенность земли в связи с тем фактом, что искусственный капитал не имеет специальной применимости в какой-либо отдельной отрасли.

Он свободно меняет свои внешние формы, переходя из одной отрасли производства в другую. В его форме нет ничего такого, что связывает его перманентно с одной сферой приложения. Некоторые формы капитала, правда, весьма длительны; и если капитал вложен в них, он не может быть отсюда легко изъят. Но весь капитал может быть изъят из такого вложения без большой задержки, так как он должен пребывать здесь до тех пор, пока орудия не износятся.

Вообще же, однако, имеется достаточно видов капитальных благ в каждой отрасли производства, подверженных быстрой гибели, требующих частого возобновления, для того, чтобы сделать возможной быструю и связанную со значительными потерями смену форм капитала.
С другой стороны, земля, если она вообще передвигается, должна быть передвинута физически тождественной. Можно изменять форму связанных с ней улучшений, хотя слишком быстрое осуществление этого связано с потерей; но сама земля должна быть передана из группы в группу, как она есть. Мы не можем ждать исчезновения одного вида земли и его замены другим видом. Процесс, посредством которого мы можем перемещать капитал без потерь, если мы имеем достаточно времени для этого, недоступен в отношении неразрушимых элементов почвы. Когда мы передаем землю из одной подгруппы в другую, мы принимаем ее со всеми наличными качествами.

Кроме того, земля имеет свою специальную пригодность и никогда не разовьет своей полной производительной силы, если эта особая пригодность не принимается в расчет. Земля, пригодная для пастбища или лесонасаждения, не пригодна уже в такой степени для разведения пшеницы; земля, годная для огородов, не подходит в такой же степени для разбивки участков под строения и земля, пригодная для разбивки участков, предназначенных для одной цели, не может быть пригодна в такой же степени для разбивки участков, предназначенных для другой цели. Этот факт делает необходимым изменить закон, распределяющий землю между различными подгруппами.

Земля, имеющая специальную пригодность для одной цели, может быть предназначена исключительно для этой цели, причем нет моральной возможности ее отсюда изъять. Если представляется необходимым уменьшить количество земли, используемой таким образом, то земля, изымаемая из этой отрасли производства, есть наименее пригодная для этого применения. Бывает, например, земля, так хорошо приспособленная для пастбищ и так мало пригодная для обработки, что замена первого способа использования вторым представляла бы чистую потерю. С другой стороны, имеется огромное количество запасной земли, пригодной для любой из этих целей.

Распределяя ее между двумя отраслями производства, мы учитываем особенность земли, пригодной для определенных видов применения, и перемещаем только ту, которая может быть использована одинаково для обеих целей. Бывает земля, так превосходно приспособленная для разбивки участков под торговые здания, что мы никогда бы не могли думать об ином способе ее использования. Имеется, однако, земля, которая одинаково пригодна как для торговых строений, так и для жилых; и когда мы уменьшаем количество земли, предназначенной для одной цели и увеличиваем количество, предназначенное для другой, мы делаем это путем перемещения некоторой части этой безразличной земли.
Мы увидим, когда мы, получив нашу окончательную меру ценности, что существует такая вещь. как единица истинного капитала в форме земли. Для экономических целей земля должна быть измерена не в акрах или квадратных футах, но в единицах производительности. Так, большое количество капитала может быть сконцентрировано на маленьком участке земли в сердце Нью-Йорка, тогда как очень небольшое количество капитала может заключаться в целом приходе в Скалистых горах.

Но закон, распределяющий землю между различными подгруппами, так размещает ее, что каждая ее единица - это значит каждая единица капитала, которую она воплощает, направляется туда, где она принесет наибольшую пользу.



Содержание  Назад  Вперед