Вмешался дон хуан


Я рухнул на колени. Я жаждал поклоняться воплощенному Богу, но тут вмешался дон Хуан. Он ударил меня по верхней части грудной клетки слева, возле лопатки, и я тут же потерял Бога из виду. Я остался, охваченный мучительным чувством: некой смесью сожаления, воодушевления, уверенности и сомнений. Дон Хуан меня высмеял. Он сказал, что я набожен и легкомысленен, что из меня мог бы получиться дивный священник, а теперь к тому же и пророк лидер религиозной концессии, видевший Бога. И он язвительно посоветовал мне взяться за проповедничество и описывать всем то, что я видел. А мужчина?

Ты ведь не можешь забыть, что Бог мужчина. Удобно то как, а? с улыбкой добавил в тот раз дон Хуан. Бог мужского пола. Облегчение какое!…
Тут я вспомнил, что за все годы обучения видел человеческую матрицу еще пять раз. И с каждым следующим разом реакция на нее становилась все менее и менее бурной. Но справиться с тем фактом, что я вижу Бога мужского пола, мне не удавалось.

Дон Хуан полагал, что будь я женщиной, человеческая матрица, которую я видел, вероятнее всего, была бы структурой человеческого существа женского пола. Дон Хуан был прав, говоря, что преимущество новых видящих состоит в их способности видеть человеческую матрицу по собственному желанию сколь угодно часто. Но для меня гораздо большее значение имела их уравновешенность, которая позволила трезво подойти к исследованию того, что они видели.
Затем дон Хуан встал и сказал, что пришло время вернуться и пройтись по городу, поскольку человеческую матрицу я должен увидеть, находясь среди людей. В молчании мы дошли до площади, но прежде, чем мы на нее вышли, я ощутил неудержимый всплеск энергии и ринулся вдоль по улице к окраине городка. Я вышел на мост. Человеческая матрица словно специально там дожидалась меня.

Я увидел ее дивный теплый янтарный свет.
Я упал на колени, но это не было продиктовано набожностью, а явилось физической реакцией на чувство благоговения. Зрелище человеческой матрицы было в этот раз еще более удивительным, чем когда-либо прежде. Я почувствовал, как сильно я изменился с того времени, когда видел ее впервые. В этом чувстве не было ни высокомерия, ни самолюбования, просто все, что я увидел и узнал за прошедшие годы, позволило мне гораздо лучше и глубже постичь возникшее перед моими глазами чудо. Сначала человеческая матрица была наложена на мост.

Потом я немного изменил фокусировку и увидел, что человеческая матрица простирается вверх и вниз в бесконечность, а мост крохотный узор, полупрозрачный набросок, нарисованный на бесконечности. Такими же были и микроскопические фигурки прохожих, с нескрываемым любопытством меня разглядывавших. Но я был недосягаем для них, хотя именно в этот момент открытость и уязвимость мои достигли максимума.

Человеческая матрица была бессильна защитить меня или пощадить, но все равно я любил ее страстно, и страсть моя не знала границ.
Я подумал, что теперь понимаю слова дона Хуана, неоднократно от него слышанные: привязанность не может основываться на взаимной выгоде. Я бы с радостью навек остался слугой человеческой матрицы, и не за то, что она мне что-то дает, ведь дать она ничего не может, а просто из-за чувства, которое я к ней испытывал. Я ощутил, как что-то потянуло меня прочь. Прежде чем исчезнуть, я закричал, что-то обещая человеческой матрице, но закончить не успел: мощная сила подхватила меня и сдула прочь.

Я стоял на коленях посреди моста, а собравшиеся вокруг крестьяне надо мной смеялись.
Подошел дон Хуан, помог мне встать и отвел домой.
Человеческую матрицу можно видеть в двух раз-личных образах, начал он, как только мы сели, в образе человека и в образе света… Новые видящие настаивают на необходимости увидеть и понять человеческую матрицу… А ты уверен в том, что понял, чем в действительности является человеческая матрица? спросил он с улыбкой.
Уверяю тебя, дон Хуан, я полностью отдаю себе отчет в том, что такое человеческая матрица! сказал я.
Но, подходя к мосту, я слышал, как ты кричал матрице какую-то чушь, заметил он с язвительнейшей улыбкой.

Я сказал, что чувствовал себя бесполезным слугой, который поклоняется бесполезному господину, и все же искренняя привязанность заставила меня пообещать неумирающую любовь.
Дон Хуан нашел это весьма занятным и смеялся до тех пор, пока совсем едва не задохнулся.
Бесполезное обещание, данное бесполезным слугой бесполезному господину, прокомментировал он и снова захлебнулся смехом.
Отстаивать свою позицию мне не хотелось. То, что я чувствовал по отношению к человеческой матрице, было с моей стороны даром, взамен за который я даже не думал что-либо получить. И бесполезность данного обещания не имела ровным счетом никакого значения".
Мистическое видение не оставляет сомнений в его подлинности для испытавшего, так же как у шизофреника нет сомнений в подлинности его галлюцинаций. Точно так же параноик обладает подлинной уверенностью в том, что против него составлен заговор, и он постоянно находит подтверждения этому. Тот же Кастанеда писал: "Я тогда не мог избавиться от мысли, что теряю рассудок. По всем обычным понятиям ты его действительно терял, пояснил дон Хуан, но, с точки зрения видящих, даже если ты его теряешь, то теряешь не так уж много. Рассудок в их представлении не более чем созерцание инвентарного списка. (Инвентарный список ставшие привычными и автоматически повторяющиеся формы восприятия, оценки и суждения.

А.Н.) Потеря самосозерцания без разрушения основ в действительности открывает возможность жить более полной и сильной жизнью, чем та, которой мы живем, пока созерцание инвентарного списка довлеет над нами". Голубая мечта психиатрии четкая граница между нормой и безумием. Но этой мечте не суждено сбыться, наоборот, с дальнейшим познанием психики граница все более размывается.

Все богатство человеческих переживаний не поддается классификации. Здоровье по ВОЗ Всемирной Организации Здравоохранения состояние полного физического, духовного и социального удовлетворения. Если придерживаться мерки этого определения, здоровых на свете мало, ничтожно мало.

Как сказал бы математик, когда понятие здоровья стремится к бесконечности, количество здоровых стремится к нулю.
Сегодня здоровье, а особенно психическое здоровье, социальная относительность. Известный психиатр Лейнг считает, что мистический опыт больного-психотика есть дар божий, ниспосланное свыше путешествие по внутреннему пространству. Ошибка нашей цивилизации в том, что она пытается объявить сумасшедшими тех, кто пытается выйти за пределы бессознательной бредовой системы общества. То, что общество считает нормальным, на самом деле является верхом сумасшествия. В попытке найти выход из неразрешимых внутренних конфликтов шизофреник идет на отчуждение от собратьев.

Это начинающие выздоравливать, а так называемые нормальные настолько больны, что даже не догадываются о своем безумии. То, что мы называем воспринимаемой нами реальностью, есть разделяемая всеми галлюцинация, далеко зашедшая болезнь нашей цивилизации. Психоз дает выход к иному миру, освобождает от адаптационных механизмов бывшей реальности.
Общество полно бредовых идей. Человек, разделяя бредовую идею, может посвятить ей всю жизнь и признаваться весьма разумным. А более разумный признается больным только потому, что не разделяет бред большинства. Обыватель это человек, который постоянно и с большой серьезностью делает реальность, которая на самом деле не реальна.

Считается, что подсознание психотика находится в постоянном бегстве от реальности, которую он считает не-приемлемой. Но создание нашего "разумного" мира также является бегством от истинной реальности. Мы боимся сойти с ума, но мы уже сумасшедшие.

Как в притче.
Один мудрец и пророк обратился к людям с предостережением. Он предсказал, что вода во всех окрестностях скоро изменится, и те, кто будут ее пить, станут сумасшедшими. Только один человек обратил внимание на это предостережение.

Он запасся водой на длительный срок и ждал исполнения пророчества.
Наступило время, вода действительно изменилась. Человек, который пил запасенную им воду, вскоре обнаружил, что теперь все говорят и думают совсем иначе, чем раньше, и не помнят о том, что было прежде. Когда он попытался напомнить им о предостережении, поговорить с ними, то понял, что они считают его безумцем. Они либо сердились, либо сочувствовали ему, но никто его не понимал. Сначала он старался не пить новую воду и каждый день возвращался к своим старым припасам.

Но со временем он изменил свое решение, так как не мог выносить одиночества и необходимости жить, думать и вести себя иначе, чем все остальные. Напившись новой воды, он стал таким же, как все окружающие. Он сразу же забыл о своем хранилище, а все, кто его знал, решили, что он чудесным образом исцелился от безумия, став нормальным человеком. (Идрис Шах. "Сказки дервишей".)
Люди говорят нам с самого рождения, что мир такой-то и такой-то. У нас нет выбора, кроме как видеть мир таким, каким он является по словам людей. Первичные постулаты мировоззрения всегда воспринимаются человеком на веру.



Содержание  Назад  Вперед