Именно такой спор постоянно идет.


Определение же продукта, который труд и капитал сами по себе могут создать и в конечном счете получить, находится вне его контроля и устанавливается общим и чисто экономическим законом. Итак, наша задача заключается в попытке открыть лишь те силы, которыми устанавливаются размеры этих трех видов дохода. Любопытно, однако, что, хотя мы, таким образом, ограничиваем наше исследование, мы, в случае успеха, разрешаем те крупные персональные споры, которые разделяют людей.

Открывая закон, определяющий уровни заработной платы, процента и чистой прибыли, мы решаем, имеет ли А основание быть недовольным В. Мы, правда, здесь не выяснили, почему один из них имеет только 500 долларов, тогда как другой имеет 50 000, но мы получили ответ на вопрос, по праву ли каждый из этих доходов принадлежит получающему его человеку. Необходимо различать эти два вида распределения, тесно связанные один с другим.
Персональное распределение решает вопрос о размерах дохода частных лиц. Оно дает А - 500 долларов в год, В -50 000 долларов и т. д., независимо от способа, которым получен тот или другой доход. Функциональное же распределение, как мы его называем, определяет размеры дохода из того или иного источника.

Оно оплачивает известный вид труда полутора долларами в день, независимо от того, кто выполняет труд. Оно устанавливает процент в размере пяти, независимо от того, кто его получает. Разница между этими двумя видами распределения ясна и существенна, ибо линии раздела, проведенные одним из них, пересекают линии, проведенные другим. Беря доход отдельного человека в целом, его можно посредством функционального распределения разделить на заработную плату, процент и прибыль, ибо этот индивидуальный человек может получать кое-что из каждого из этих источников.

Беря всю сумму заработных плат как таковых в целом, можно путем персонального распределения разделить эту валовую сумму на оплату, причитающуюся каждому из тысяч различных людей.
Следует отметить, что прибыли в абстракции морально ничем не обязаны по отношению к заработной плате, взятой абстрактно, хотя предприниматель, получающий прибыли, может быть кое-что должен своим работникам, получающим заработную плату. Права, всегда персональны; и только одушевленное существо имеет право, подобно тому, как только разумное существо имеет обязанности. Таким образом, в том факте, что заработная плата как таковая падает с доллара в день до полдоллара, не заключено понятия плохого или хорошего; но то, что из дневной платы каждого члена группы людей отнимается полдоллара и прибавляется к барышам предпринимателя, вызывает критическую мысль о справедливости и несправедливости.

Вопрос гласит: не взял ли предприниматель что-либо, произведенное рабочим? Именно такой спор постоянно идет. Каждый день определенная сумма вручается одним другому. Определяется ли эта сумма принципом, который может быть одобрен и увековечен человечеством? Справедлив ли он по отношению к людям?

Спор носит персональный характер, но он разрешается познанием чисто функционального распределения.
Если каждая производительная функция оплачивается соответственно размеру ее продукта, то каждый человек получает то, что он лично производит. Если он работает, он получает то, что создает своим трудом; если он, кроме того, предоставляет капитал, он получает то, что производит его капитал, и если, далее, он оказывает услуги путем координирования труда и капитала, он получает продукт, который может быть вменен именно этой функции. Только одним из этих способов может человек что-либо произвести. Если он получает все, что производит посредством одной из этих функций, то он получает все, что он создает вообще.

Если заработная плата, процент и прибыль, рассматриваемые сами по себе, определяются в соответствии со здравым принципом, то различные классы людей, сочетающие свои силы в производстве, не могут иметь претензий друг к другу. Если функции оплачиваются в соответствии с их продукцией, то и люди также. Отсюда следует, что в то время как права носят личный характер, спор о правах, связанный с распределением, разрешается на основе исследования функций.
Мы могли бы, конечно, углубиться в дальнейшее, уже чисто этическое рассмотрение вопроса. Мы могли бы поднять вопрос, справедлив ли в высшем смысле этого слова закон, дающий каждому человеку его продукт. И действительно, некоторые социалисты утверждают, что подобный закон не отвечает справедливости. Трудиться по способностям и получать по потребностям - вот популярная формула, которая выражает известный идеал справедливости в области распределения.

Согласно этому правилу, пришлось бы у некоторых людей отнимать часть их продукта для того, чтобы отдать его другим, более нуждающимся. Это было бы насилием над тем, что обычно рассматривается как право собственности. Весь вопрос о том, справедливо ли это или нет, лежит вне пределов нашего исследования, так как это чисто этический вопрос. Перед нами же, напротив, стоит проблема экономической действительности.

Равны ли при естественном распределении продукты людей их доходам? Является ли то, что мы получаем и чем гражданский закон позволяет нам владеть действительно нашей собственностью по праву создания? Основаны ли наши фактические получения с самого начала на производстве?
Когда работник уходит с завода, унося в кармане свой заработок, гражданский закон гарантирует ему то, что он отсюда уносит; но еще до момента ухода он является правомочным собственником части произведенного за день богатства. Соответствует ли его плата, определяемая экономическим законом (и определяемая непонятным для работника способом), размеру его доли в дневном продукте, или закон этот принуждает его отказаться от части его законной доли? Общественная система, которая принуждала бы людей оставлять в руках их хозяев нечто, принадлежащее этим людям по праву создания, была бы узаконенным грабежом - легализированным насилием над принципом, на котором, как предполагается, покоится собственность.
Такова проблема, которую предстоит разрешить. Это - вопрос чистого факта. Если закон, на котором по предположению основана собственность - правило: "Каждому то, что им создано" - фактически действует в том пункте, где начинается владение собственностью, в платежах работникам на заводе и т. д. за созданные здесь ценности, то людям практики остается усовершенствовать систему производства в согласии с ее принципом так, чтобы исключения из этого господствующего правила стали менее часты и менее значительны.

Мы можем иначе относиться к грабежам, не носящим законного характера; но очевидно, что общество, в котором собственность основана на праве производителя на его продукт, должно, как общее правило, защищать это право в том пункте, где возникают титулы собственности, то есть в плате за труд. В противном случае в фундаменте социальной системы накапливался бы взрывчатый материал, который рано или поздно разрушил бы ее. Государство только для того и существует, чтобы защищать собственность.

Поэтому государство, которое принуждало бы работника оставлять на заводе собственность, принадлежащую ему по праву создания, оказалось бы несостоятельным в самом критическом пункте. Изучение распределения разрешает вопрос о том, верно ли современное государство своему принципу. Собственность охраняется там, где она возникает, если существующая заработная плата равна полному продукту труда, если процент является продуктом капитала и если прибыль является продуктом акта координирования.





Содержание  Назад  Вперед