Эволюция политических систем


Эволюция политических систем от абсолютных правителей к демократическим правительствам обычно рассматривается как движение в сторону большей политической эффективности. В том смысле, что демократическое правительство дает все более и более широкий доступ общественности к процессу принятия политических решений, ликвидирует возможности конфискации богатства по произволу правителя и развивает механизмы обеспечения конт

рактной дисциплины с помощью независимой судебной систе-чЫ в этом смысле результат эволюции политической системы действительно является шагом в направлении большей политической эффективности. Но было бы неверно рассматривать этот результат как возникновение эффективных политических рынков, понимаемых так же, как мы понимаем эффективные экономические рынки. Существование эффективных экономических рынков влечет за собой такую сильную конкуренцию, которая через арбитрах и информационную обратную связь приближает рынок к условиям нулевых трансакционных издержек в теореме Коуза. Такие рынки в экономическом мире встречаются редко, а в политическом мире еще реже. Верно, что движение в сторону демократического общества снижает законодательные трансакционные издержки каждого акта обмена (как показали Вайнгаст и Маршалл, 1988).

Но издержки агентской деятельности между избирателем и законодателем, между законодателем и чиновником становятся очень велики по мере того, как растет число обменов и, следовательно, расширяется общий размер сектора политических трансакций. Более того, рациональное неведение в отношении политических, как и формальных экономических, правил, преследует цель облегчения обмена, хотя демократия в политической системе не равнозначна конкурентному рынку в экономике. Это различие имеет большое значение для эффективности прав собственности.
III
Если не углубляться в детали, то можно утверждать, что права собственности будут распространяться на ресурсы и имущество в качестве простого (по принципу "затраты выигрыш") метода исчисления издержек определения и обеспечения этих прав метода, более предпочтительного по сравнению с другими в условиях статус кво. Любые изменения относительных цен или относительной редкости ведут к созданию прав собственности, Когда становится выгодным нести издержки спецификации этих Прав. Эта простая модель составила основу не только для моей Ранней работы (Норт и Томас, 1973), но и для большей части дру-tnx исследований по правам собственности, которые рассматрива-ют развитие прав собственности как простую функцию изменений в экономических издержках и выгодах.

Простая модель эволюции ^ав собственности соответствует взглядам Аксельрода, изложен-вьь' в его книге "Эволюция кооперации" (1984), но упускает из виду Р°ль сообщества и возникающие в рамках сообщества формы прав 'Явственности, которые требуют определения и обеспечения.
В своей книге 1981 года я пересмотрел аргументацию, выдви-8УrУ^o в 1973-м, введя поправку на очевидную устойчивость неэф-

фективных прав собственности. Неэффективности существовали вследствие того, что правители стремились избежать конфликтов с влиятельными избирателями и не вводили в действие эффективных прав собственности, которые противоречили интересам последних. Другая причина могла состоять в том, что издержки надзора, исчисления и сбора налогов, возможно, порождали такую ситуацию, при которой менее эффективные права собственности приносили большие налоговые сборы, чем эффективные.

Эта точка зрения представляет собой шаг вперед по сравнению с доводами. опирающимися на критерий эффективности, но нуждается в более глубокой разработке.
Ключевой в этом вопросе является эффективность политического рынка. Если политические трансакционные издержки низки, а политические актеры руководствуются точными и долгосрочными моделями, то возникнут эффективные права собственности. Но чаще высокие трансакционные издержки и субъективные концепции актеров приводили к формированию таких прав собственности, которые не индуцируют экономический рост, а возникшие на их основе организации не имеют стимулов к созданию более продуктивных экономических правил.

Тогда возникает сомнение не только в постепенном характере институциональных изменений, но и в возможности создания институтов, обеспечивающих надежные обязательства, которые ведут к заключению более эффективных соглашений. В главе 11 я рассмотрю вопрос о том, каким образом такая важная модель развития может существовать в течение длительного времени.
ГУ
Источником правил является общество; далее они опускаются на уровень прав собственности и затем на уровень индивидуальных контрактов. Контракты отражают структуру стимулов и анта-стимулов, коренящуюся в структуре прав собственности (и механизмов их обеспечения); таким образом, набор альтернатив, открывающихся перед игроками, и те формы организаций, которые они создают при заключении конкретных контрактов, проистекают из структуры прав собственности.
Контракт, рассматриваемый экономической теорией, обладает такими чертами, как простота, полнота и определенность. Подобный контракт предполагает обмен точно определенным продуктом в ничтожно краткий промежуток времени. Но в современных сложных экономиках предметом контракта становится продукт с множественностью измерений и свойств, а обмен растягивается во времени. Из-за этой множественности измерений и свойств, начиная от физических характеристик до особенностей прав собствен

Глава 6
75



вости на обмениваемый продукт, участники контракта должны до-цэвариваться о множестве условий. Более того, контракт, как правило, будет неполным в том смысле, что на протяжении срока действия контракта может возникнуть множество ранее неизвестных обстоятельств, которые (сознательно) должны быть оставлены сторонами контракта на усмотрение суда или какой-либо третьей стороны, уполномоченной разрешать споры4.
Контракты не только создают четко очерченные рамки, позволяющие получить эмпирические свидетельства о формах организации (и, следовательно, являющиеся основным эмпирическим источником для проверки гипотез об обрагизапии), но и ключом к тому, каким образом участники обмена будут структурировать более сложные формы организации. Иными словами, контракты отражают различные способы облегчения обмена или через фирмы, через предоставление особых льгот, или другими, более сложными формами соглашений, лежащими в континууме от непосредственного обмена на рынке до вертикально интегрированного обмена5. Сложное взаимодействие между институциональными ограничениями и развитием организаций рассматривается в главе 9.
Я хочу завершить эту главу предостережением: хотя явно выраженные правила представляют для нас основной источник эмпирических материалов для изучения состояния экономик в разных условиях, однозначность связи между правилами и состоянием экономик весьма ограниченна. То есть неформальные нормы, правила и механизмы принуждения к исполнению совместно определяют набор альтернатив и результаты сделанного выбора. Поэтому если мы будем принимать во внимание только формальные правила, то мы придем к ошибочным, часто уводящим в сторону заключениям о связи между формальными ограничениями и состоянием экономики.
Анализ имплицитных (relational) в сложных контрактов, типичных для ^временного обмена, см. в статье Гольдберга (1976).
За последние 15 лет опубликовано огромвое количество работ в рамках те-°Рии Новой индустриальной организации, в которых содержится масса полвзно-г0 Алн нас материала о различных видах организации, возникающих для реше-вал* проблем сложного обмена, я о формах управления этими организациями. В ^ч^твости, см. книгу Оливера Уильямсона Markets and Hierarchies (1975), куго-vaa Положила начало научному анализу этих вопросов, и последующие работы, "чврающнеся на нее.


торговля действительно существует, даже в тех обществах, где нет государства. Однако, как подчеркивалось выше, неспособность обществ к развитию эффективного, осуществляемого с низкими издержками, контроля за соблюдением контрактов являлось самым важным фактором стагнации в прошлом и является причи-


вообще отсутствуют, потому что такое поведение невыгодно. Обмен осуществляется в соответствии с нормами поведения, и формальных контрактов просто не существует.
Другой крайний случай это мир неперсонифицированного обмена. Для него характерен особый тип взаимозависимости, при которой благосостояние индивидов зависит от сложной структуры индивидуальной специализации, и, следовательно, обмен имеет Длительность во времени и пространстве. В чистой модели мира неперсонифицированного обмена товары, услуги и деятельность агентов характеризуются многими свойствами, имеющими ценность. обмен имеет протяженность во времени, а сделки не повторяются.

В условиях господства максимизирующего поведения с высокими издержками оценки и невозможностью обеспечить контроль за соблюдением контрактов, выгоды от обмана и нарушения согла'!^ний превышают выгоды от кооперативного поведения. При
ние, которое придается контролю, представляет собой еще одно различи" зу моим подходом к трансакционным издержкам и подходом Оливера "Илья д. Уильямсон исходит из несовершенства контроля (иначе оппортуни-CTB4'5 юведение не оправдывает себя), но в явном виде не вводит иесовер-'^нвь , сптроль в свой анализ в качестве независимого фактора. Это не поаво-Яяет ему решить проблемы исторической эволюции, в которой ключевые вопро-сы институциональных изменений, заключения контрактов и экономической легальности в большой степени зависят от того, в какой мере контракты могут ^"третироваться с низкими издержками.



Содержание  Назад  Вперед