Люди пытались манипулировать погодой испокон века.


Слишком оптимистичной. «Многие вещи, которые принято считать благом, на самом деле им не являются», — говорит Мирволд. В качестве

примера он указывает на солнечную энергию. «Проблема солнечных батарей состоит в том, что они черные, потому что предназначены для поглощения солнечного света. Однако лишь 12 процентов полученной энергии превращается в электричество, а остальное трансформируется в тепло, что еще больше способствует глобальному потеплению».
Несмотря на всю привлекательность идеи масштабного перехода на использование солнечной энергии, реализовать ее в действительности будет не так-то просто. Для строительства тысяч новых солнечных электростанций, призванных заменить традиционные источники электричества, потребуется значительный объем энергии, в результате чего возникнет огромный и долгосрочный «тепловой долг» (по выражению Мирволда). «В конце концов мы сможем выстроить энергетическую инфраструктуру, не допускающую выбросов углекислого газа, но этот процесс займет от тридцати до пятидесяти лет, и в течение этого времени ситуация с выбросами и глобальным потеплением будет лишь ухудшаться».
Разумеется, это не говорит о том, что энергетическую проблему не нужно решать. И именно поэтому компания IV, как и множество изобретателей по всему миру, работает над поиском святого Грааля — более дешевых и экологически чистых видов энергии.
Однако с точки зрения атмосферы вопросы энергетики представляют собой так называемую входную дилемму. Как обстоят дела с дилеммой, связанной с выходом7. Что делать, когда уже имеющиеся парниковые газы начинают на самом деле толкать нас к экологической катастрофе?
Мирволд не закрывает глаза на такую возможность. В голове он прокручивал больше сценариев, чем любой сторонник теории климатических катастроф: он размышлял и о разломах массивных ледниковых щитов Гренландии и Антарктиды; и о выбросе огромного количества метана в результате таяния зон вечной мерзлоты в Арктике, и о явлении, которое сам называет «сломом системы термоха-линной циркуляции в Северной Атлантике, способным уничтожить Гольфстрим»34.

Что случится, если пророки катастрофы окажутся правы? Что делать, если дальнейшее нагревание действительно опасно для Земли, вне зависимости от того, связано ли это с нашим расточительным использованием ископаемого топлива или естественным климатическим циклом? Мы ведь не хотим просто сидеть и тушиться в собственном соку, не так ли ?
В 1980 году, когда Мирволд учился на старшем курсе в Принстоне, на горе Сент-Хеленс в штате Вашингтон произошло извержение. Хотя Мирволд находился примерно в пяти тысячах километров от зоны бедствия, он замечал, что на подоконнике его комнаты скапливается тонкий слой золы. «Трудно не думать о вулканической пыли, когда она начинает покрывать поверхность вашей комнаты в общежитии, — говорит он, — хотя, честно говоря, моя комната и без того пребывала не в идеальном порядке».
Еще в детском возрасте Мирволд был очарован такими геофизическими явлениями, как извержения вулканов или солнечные пятна, а также их воздействием на климат. Малый ледниковый период заинтересовал его настолько, что он заставил свою семью посетить северную оконечность острова Ньюфаундленд, где Лейф Эриксон и его викинги тысячу лет назад разбили свой лагерь35.
Связь между вулканами и климатом мало для кого является сюрпризом. Один известный эрудит по имени Бенджамин Франклин написал в свое время первый научный труд по этому вопросу. В своей работе «Метеорологические фантазии и домыслы», опубликованной в 1784 году, Франклин обратил внимание на то, что извержение вулканов в Исландии вызвало особенно суровую зиму и прохладное лето с «постоянными туманами по всей Европе и большей части Северной Америки»36.

В 1815 году мощное извержение вулкана Тамбора37 в Индонезии привело к «году без лета» — всемирной катастрофе, убившей множество посевов (в результате чего возник массовый голод, а за ним и голодные бунты) и завалившей Новую Англию снегом в июне38.
Как образно говорит Мирволд: «Любой толстозадый вулкан влияет на климатические изменения».


Вулканы во всем мире извергаются постоянно, однако извержения по-настоящему «толстозадых» вулканов случаются довольно редко. Если бы это было не так, то, возможно, нас уже не существовало бы на свете и некому было бы беспокоиться о глобальном потеплении. Антрополог Стэнли Эмброуз утверждал, что ледниковый период был вызван взрывом огромного вулкана, расположенного на Суматре в районе озера Тоба, около семидесяти тысяч лет назад.
В результате взрыва практически прекратился доступ солнечной энергии к Земле, а это чуть не привело к исчезновению Ното 5ар1еп5 как вида.
Большой вулкан отличается не только массой выбросов. Обычный вулкан посылает диоксид серы в тропосферу — атмосферный слой, расположенный ближе всего к поверхности Земли. Это примерно похоже на то, что происходит с выбросами от электростанций, работающих на угле.

И в том, и в другом случае газ остается в небе лишь считанные недели, после чего возвращается на поверхность Земли в виде кислотных дождей, идущих, как правило, в нескольких сотнях километров от места извержения.
Однако большой вулкан выбрасывает диоксид серы значительно выше, в стратосферу. Этот атмосферный слой начинается примерно на высоте одиннадцати километров над поверхностью Земли и девяти километров на полюсах. Выше этого наблюдаются резкие изменения различных атмосферных явлений. Диоксид серы не возвращается на поверхность Земли, а поглощается стратосферным водяным паром и образует аэрозольное облако, которое быстро циркулирует, в определенный момент времени покрывая большую поверхность земного шара.

Диоксид серы может задержаться в стратосфере на год или больше и тем самым повлиять на глобальный климат.
Именно это произошло в 1991 году при извержении вулкана Пина-тубо на Филиппинах. По сравнению с ним извержение на горе Сент-Хеленс было игрушкой. В результате извержения Пинатубо в стратосферу было выброшено больше диоксида серы, чем в результате любого другого извержения, если не считать извержения Кракатау,

произошедшего на сто лет раньше. В период между этими двумя извержениями развитие науки достигло значительного прогресса. Ученые со всего мира следили за состоянием дел на Пинатубо, и в их распоряжении было огромное количество современной техники, позволявшей собрать практически всю доступную для измерения информацию.

Последствия влияния извержения Пинатубо на атмосферу были заметны всем: снизилось содержание озона в воздухе, солнечный свет стал более рассеянным, и, само собой, было отмечено понижение мировой температуры.
В то время Натан Мирволд работал в МПсгозоН:, он, как и прежде, следил за научной литературой по вопросам геофизики. Он внимательно изучил данные о влиянии извержения Пинатубо на климат, а еще через год проштудировал девятисотстраничное заключение Национальной академии наук под названием РоИсу ^рИсайопз ог СгеепПоизе Маптипд. В этом заключении был раздел о геоинжиниринге, который НАН определяла как «масштабный инжиниринг окружающей среды в целях предотвращения или устранения последствий изменений в атмосферной химии ».
Иными словами: если деятельность человека способствует потеплению планеты, то может ли человеческая изобретательность привести к ее охлаждению?
Люди пытались манипулировать погодой испокон века. Почти в каждой религии есть молитвы, призывающие дождь. Однако светские круги в последние десятилетия внесли в это свою лепту. В конце 1940-х годов трое ученых, работавших на компанию Сепега1 Е1ес1:пс в Скенектади, штат Нью-Йорк, обработали облака йодистым серебром39.

В состав этого трио входил химик Бернард Воннегут, а связями проекта с общественностью занимался его младший брат Курт, который впоследствии стал писателем мирового класса — и многое из того, что использовал в своем творчестве, он узнал, работая в Скенектади.
Доклад НАН, опубликованный в 1992 году, придал новый импульс развитию геоинжиниринга, который прежде не вызывал общественного доверия, считался тупиковой ветвью научного прогресса и вотчиной

всяческих жуликов. Тем не менее некоторые из предложений НАН оказались довольно смелыми даже по сравнению с фантазиями из романов Воннегута. Например, идея «шаров с множеством экранов» имела своей целью рассеивание солнечного света за счет запуска в небо миллиардов алюминиевых шаров.

Схема «космического зеркала» предлагала запуск на околоземную орбиту пятидесяти пяти тысяч парусов-отражателей.
В докладе НАН также был поднят вопрос о возможности намеренного распространения диоксида серы в стратосфере. Суть этой концепции была изложена в трудах белорусского ученого-климатолога Михаила Будыко40. После извержения Пинатубо ни у кого не осталось сомнений в том, что диоксид серы в стратосфере способствует охлаждению планеты.

Но разве стоит полагаться лишь на то, что всю необходимую для этого работу проделают вулканы?
К сожалению, предложения для выведения диоксида серы в стратосферу были сложными, дорогостоящими и непрактичными. Предлагалось, к примеру, использовать для этой цели артиллерийские орудия, способные выстреливать заряды в небо. Другое предложение состояло в установке на истребителях двигателей, вырабатывающих диоксид серы, вследствие чего химикат расходился бы в стратосфере в результате полетов. «Это скорее напоминало научную фантастику, чем науку, — говорит Мирволд. — Ни один из предлагавшихся планов не имел ни экономического, ни практического смысла».



Содержание  Назад  Вперед