Ожидаем в группе лидеров и психологию.


Биология сама только недавно вырвалась в лидирующую группу, но очень быстро наращивает свое преимущество. Последний опрос американских школьников показал, что наиболее желаемой профессией для молодых людей является профессия биолога. Биология опередила по рейтингу финансовый консалтинг, который при предыдущих опросах всегда в рейтингах лидировал. Ожидаем в группе лидеров и психологию. Конечно, если она не будет отделяться от народа подобными опусами: Смена форм рефлексии есть потребность в объективизации коммуникации, отвечающей операционному освоению транслируемого материала.

Она есть индикатор дифференциации полифункциональной самоидентификации и паритетности функций. (Из сборника рефератов научных работ по психологии). Ну, вы, блин, даете! Психология твердо встала на ноги, отказавшись в середине двадцатого века от господствующей в то время теории бихевиоризма, объяснявшей поведение человека как совокупность реакций на воздействие среды. По этой теории человек в своих поступках, эмоциональных проявлениях и самовыражении заранее втиснут в некие рамки внутренним комплексом нейрофизиологических рефлексов, инстинктов и подсознательных программ.

Его поведение – лишь рефлекторная реакция на внешний стимул. Критики бихевиоризма предположили, что между стимулом и реакцией существует зона принятия решений, имеющая гораздо более сложное строение, чем просто нейрорефлекторная дуга. Они утверждали, что зона принятия решений есть зона свободного выбора. Но противники бихевиоризма, заменив его абсолютный детерменизм абсолютной свободой выбора, также не смогли объяснить первопричину человеческого поведения.

На самом деле, человек действительно подчинен программам, рефлексам и инстинктам. Он воспринимает внешний мир, других людей, себя и свои поступки сквозь призму персональных комплексов, которые фильтруют Истину, формируя узкий феномен личностного мира со всем его восприятием реальности, с его суждениями, оценками и поведением. А зона принятия решений есть безграничная область, где за тьмой персональных комплексов постепенно открывается проход от животных реакций к гуманистическим и духовным мотивациям. В зоне принятия решений смешивается влияние высшего и низшего, врожденного и приобретенного, свободы выбора и предопределенности.

В мотивы наших поступков, наряду с давящей силой животной природы и программирующих факторов разных периодов жизни, свою лепту вносит и божественный Дух. С этой точки зрения задачей современной психологии становится поиски возможностей, которые помогли бы человеку встретиться со всеми аспектами своей внутренней сущности, найти пути их гармонизации, тем самым объединив в человеке дух и материю. Тогда психология не только бы выполнила свое высшее предназначение, но и оправдала бы свое название (психе – греч. душа). С невообразимыми возможностями бессознательного столкнулась и эвристика – одно из направлений психологии, пытавшееся даже выделиться в отдельную науку. Ее название произошло от древнегреческого слова эврика, что значит нашел, понял, получил озарение. Эвристика изучает область творческого мышления и пришла к выводу, что все открытия и творческие находки приходят благодаря внезапному озарению. В попытке проследить его источник эвристика пришла к бесконечности бессознательного и к признанию его безграничных возможностей. В бессознательном есть ответы на все вопросы, надо только научиться их получать.

Озарение, инсайт – это чувственное внезапное понимание, которое затем мы облекаем в образы и слова. Сначала приходит чувство. Я долго не мог объединить разрозненные факты, но дух пронзил меня, и я увидел глубину вечности. Для меня не остается сомнений, что наше мышление происходит в основном минуя слова, и к тому же бессознательно. (Эйнштейн).

Проанализировав исследования эвристики, можно создать сильные техники для практической психологии, ведь поиск решений приходится осуществлять не только в науке и творчестве, но и в повседневной жизи каждого человека.
Серьезным шагом в науке стало основание С. Грофом трансперсональной психологии – науки, изучающей измененные состояния сознания, картографию бессознательного и их влияние на сознательную деятельность. В познании бессознательного преуспел психоанализ. В отличие от психологии, психоанализ был смел, поскольку в первую очередь для него важно зарабатывание денег, а для этого требуются результаты, а не теории. Для получения результатов психоанализ не боялся обращаться к мистике, религии, практическим методикам оздоровления и духовного совершенствования.

Большое количество современных психоаналитических техник стали сплавом гениальных прозрений лучших психоаналитиков и древних методик. Можно документально проследить переход к современным техникам от шаманских и античных источников, тайных оккультных традиций Европы, медитации, каббалистических и магических ритуалов, целительских практик Востока и Запада. Естественно, в каждый новый исторический период эффективным техникам пытаются найти объяснения с позиций современных знаний.

Итог: в лучших психоаналитических школах мы наблюдаем хорошее познание человека и его отношений с реальностью.
Потому и современные модели бессознательного с участием комплексов, архетипов, матриц и запрограммированного поведения не более правильные, чем древние модели духа, Бога, греха, кармы. А некоторые современные методы психотерапевтов ничем не отличаются от шаманского камлания и поиска души. Во многих случаях речь идет об одних и тех же законах взаимоотношений между человеком и духом, которые древние в результате тысячелетних практик познали очень глубоко.

Психоанализ занял заметное место в культуре 20 века, предложив методики совершенствования личности на основе интеграции сознания и бессознательного.
В Америке и Европе есть очень важная профессия – антрополог. Представители этой науки изучают различные проявления человеческой культуры в различных точках земного шара. Они обнаружили, что у всех народностей и во всех культурах есть свои верования и мистические традиции, многие из которых передаются тысячи лет из поколения в поколение. Чуть ли не каждый год антропологи знакомят нас с какой-нибудь новой духовной системой, обнаруженной у малого народа или племени.

Иногда попадаются мощные, хорошо продуманные практические техники работы с сознанием и реальностью, поражающие глубиной и точностью. Считавшиеся примитивными племена иногда обладали сложным и богатым духовным миром, мощной космогонической системой.
У каждого народа высшее понимание всегда существует рядом с примитивными верованиями и догматическими постулатами, поэтому трудно отделить зерна от плевел. Тем не менее антропология за последние пятьдесят лет восстановила статус примитивных народов и оказала огромное влияние на наше понимание человеческой психики. Самый важный вывод, который можно сделать из антропологических находок, заключается в том, что, скорее всего, у человечества не было какой-либо протомагии или проторелигии.

Все религии обязательно включают в себя два вопроса: учение о всемогущих, неподдающихся контролю силах, и о взаимосвязи души и тела. Любые системы верований возникли (и не могли не возникнуть) в недрах каждого народа как необходимое объяснение этих двух вопросов, являющихся вечной тайной в наших взаимоотношениях с миром. Вероятно, не было и высших знаний, переданных нам инопланетянами или другими сущностями. Человечество в целом и каждая личность в отдельности сами обладают неистовой тягой к божественному и способностями, позволяющими познавать его.

Возможность мистического опыта является естественным врожденным правом всех человеческих существ. Хотя нельзя отрицать, что эта способность дана свыше.
В связи с этим необходимо обратить внимание еще на одну очень мощную силу – на независимых исследователей сознания. Среди них есть приверженцы древнейших традиций и смелые исследователи новых путей. Они были всегда, они есть и сегодня.
Это те, кто познает законы мироздания через познание и совершенствование самого себя. Их опыт бесценен. Изучение, систематизация и анализ их опыта могли бы привести к величайшему прогрессу в науках о человеческом сознании.





Содержание  Назад  Вперед