ОПРЕДЕЛЕНИЕ СВОЕГО МЕНТАЛЬНО-ТЕЛЕСНОГО ТИПА


Когда мы вернулись с прогулки, я спросил Эллен, как она себя чувствует. Мне хотелось, чтобы, описывая мне полученные ею только что ощущения, она пережила их снова. Эллен была удивлена и обрадована тем, что ей доставило такое удовольствие занятие, которое, как она думала, стало ей недоступным.

Тогда я предложил ей ненадолго пройти в мой кабинет и кое-что там обсудить.
Мы присели на диван, и я почувствовал, что Эллен приготовилась выслушать некую суровую лекцию. Я видел, что она по привычке, выработавшейся у нее в наши первые встречи, молча ушла в глухую оборону. Но вместо того, чтобы что-либо говорить самому, я предложил говорить Эллен.
 Я хотел бы, чтоб ты рассказала мне обо всем, что происходит с тобой, когда ты вводишь себе наркотик,  сказал я.  Все, от начала до конца. Пожалуйста, опиши точно, как ты это делаешь и что именно чувствуешь в результате.
 Вы хотите услышать о том, что это похоже на взлет с последующим падением?  спросила она.
 Нет, поскольку это только конечный результат. Начни с самого начала. Расскажи мне, как выглядит шприц, что ты чувствуешь, когда ты держишь его в руке.

Расскажи, как выглядит игла и что ты чувствуешь, вонзая ее себе в руку. Если во всем этом есть какое-то удовольствие, опиши мне его, и если есть боль, страх, печаль скажи об этом тоже. Расскажи, какой запах ты ощущаешь, принимая наркотик, на что похож звук, когда ты надавливаешь на поршень шприца.

Быть может, ты ощущаешь какой-нибудь особенный вкус или же у тебя во рту становится необычно сухо? Попытайся с помощью своего воображения пройти для меня через все это.
У меня было несколько причин обратиться к Эллен с такой просьбой, но самое главное это было упражнение на осознание. В Аюрведе осознание равносильно овладению всей полнотой информации о текущем моменте. Это означает сосредоточение на всех своих ощущениях и полное переживание всего того, о чем вам говорит ваше тело в процессе той или иной деятельности. Вводя себе наркотик, Эллен не привыкла осознавать. Для нее это было чем-то доведенным до автоматизма, а туман, обволакивавший Эллен, когда наркотик начинал действовать, еще больше скрывал от нее действительную механику этого процесса.

Подобное описание было для нее огромным эмоциональным и умственным напряжением, но я хотел, чтобы она была точна во всех деталях. Эллен закончила свой рассказ, и я почувствовал, что теперь ее опыт стал для нее более прозрачен, более реален и более осознан, чем был в то время, когда она действительно раз за разом наполняла шприц и вонзала себе в руку иглу.
 Ну а теперь, когда ты мне во всех подробностях рассказала о введении наркотиков, я хотел бы, чтоб ты так же описала свои переживания, когда мы сегодня ездили верхом. Опять-таки, вспомни все свои мысли, все свои ощущения. Как ты чувствовала себя, когда впервые увидела сегодня лошадь? На что было похоже ощущение, когда ты вставила ногу в стремя?

Какова была на ощупь кожа седла? Каков был звук копыт, стучащих по траве? Какие чувства ты испытывала на различных стадиях прогулки?

Проведи меня сквозь все это от начала до конца.
Это второе описание далось Эллен куда легче первого, и не только потому, что речь шла о событиях совсем недавних. Это объяснялось тем, что она полностью пережила прогулку верхом. Ее сознание и тело освободились от оцепенения, тяготевшего над ней последние три года.

Все, что касалось верховой езды, было для этой девушки живым и радостным; таким же был и ее рассказ.
 А теперь ты должна выбрать между этими двумя своими переживаниями,  сказал я Эллен,  и поскольку ты только что ясно и осознанно прошла сквозь них для меня, я знаю, что ты сможешь принять обоснованное решение. Разумеется, меня подмывает прочитать тебе мораль по поводу разницы между героином и верховой ездой, но я удержусь от этого искушения, так как не думаю, что от этого будет какая-нибудь польза. Я скажу только, что те картины, звуки, ощущения, мысли и чувства, которые ты испытала сегодня днем, будут недоступны тебе буквально невозможны для тебя,  если ты остановишь свой выбор на наркотиках.

Я рад сообщить, что Эллен решила порвать с наркотиками и нашла в себе силы оставаться верной этому решению. Я знаю, что подход, которого я придерживался в отношении нее, был чреват некоторым риском, но я знаю также и то, что он оказался успешен именно по этой самой причине. Я не просил Эллен отказываться от удовольствия, которое она испытывала, принимая героин. Наоборот, я настаивал на том, чтобы в нашей беседе она четко сосредоточилась на этих ощущениях.

Но вместе с тем я просил ее вспомнить и о сопряженных с приемом наркотиков страданиях. Катание же на лошади несло в себе только радость. Это было занятие, доставлявшее ей наслаждение еще до того, как она попала в беду, и пробужденное воспоминание об этом более сильном удовольствии смогло затмить сравнительно более слабое удовольствие от наркотика.
Как только пристрастившийся получает доступ к удовлетворению более глубокому, чем то, которое обеспечивается посредством пагубного поведения, для него естественным образом открывается путь к освобождению от зависимости. Однажды пробужденное, воспоминание о внутреннем совершенстве порождает желание, которое этой зависимости сильнее.
Подход к проблеме зависимости, сработавший в случае Эллен, можно назвать «основанным на удовольствии» или, скажем, «осознанием с упором на удовольствие». Но лучше всего думать о нем попросту как о духовном. Я уверен, что этот подход может оказаться действенным для очень многих людей, хотя возможны случаи, когда в процедуру потребуется включить некоторые дополнительные шаги. У Эллен, несмотря на все с ней случившееся, был опыт счастья, от которого можно было отталкиваться.

Но что, если на мой вопрос, доставляло ли ей что-либо истинное удовольствие до того, как она начала принимать наркотики, Эллен ответила бы лишь беспомощным взглядом?
Существует великое множество людей, в жизни которых не было положительных моментов, подобных тем, которые Эллен смогла использовать в качестве источника своего исцеления. Или же эти моменты настолько покрыты у них мраком, что их уже невозможно оживить с помощью нескольких приятных солнечных дней. Но чтобы отказаться от ощущений, связанных с аддиктивным поведением, человеку нужно познать истинное удовольствие. И первым шагом к познанию счастья является просто-напросто познание самого себя.

Одна из величайших заслуг Аюрведы состоит в том, что путем подразделения людей на ментально-телесные категории она приспосабливается к абсолютной уникальности каждого конкретного человека, позволяя ему в высшей степени практичным образом осознать свои индивидуальные потребности и качества.
В следующей главе вы получите возможность определить по такой аюрведической системе ваш собственный ментально-телесный тип, чтобы затем узнать, каким образом это знание позволяет человеку достичь умственного, физического и духовного благополучия одним словом, счастья.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ СВОЕГО МЕНТАЛЬНО-ТЕЛЕСНОГО ТИПА
Аюрведа древнейшая в мире система знаний о здоровье человека, предназначенная для предотвращения и излечения болезней. Она возникла за две с половиной тысячи лет до нашей эры и существовала уже за много веков до Гиппократа и других древнегреческих целителей. В сущности, весьма вероятно, что древние греки испытали на себе влияние идей индийской медицины, принесенных в Европу с Востока по оживленным торговым путям.

Сегодня, когда уже видны пределы того, чего можно достичь с помощью чисто механистического взгляда на человеческое тело, мощные идеи Аюрведы и других традиционных систем сохранения здоровья вновь обретают огромное значение для Запада.
Пожалуй, важнейшей из идей всей Аюрведы является тот принцип, что понять и укротить болезнь можно, только предварительно узнав пациента. Этот разделяемый целителями многих традиций взгляд порой не находит поддержки в современной врачебной практике, которая имеет слишком большое количество пациентов и опирается на широко распространенные лекарства, а потому, случается, упускает из виду индивидуальные потребности больного. Для того чтобы действительно выяснить состояние того или иного человека, нужно наряду с его ростом, весом, кровяным давлением и прочими физиологическими параметрами, которыми обычно руководствуется современная медицина, принимать во внимание его умственную, эмоциональную и даже духовную конституцию.
Аюрведа учит, что весьма неразумно разграничивать сознание и тело, поскольку это два неразрывных элемента единого целого, которым является любое человеческое существо. Если же речь идет о пристрастиях, тонкая связь между сознанием и телом приобретает особенно большое значение. Мысль о действии, желание его осуществить вот действительный источник этой проблемы.

Представление же о жестком разделении между эмоциональным состоянием и физической болезнью в конечном результате оказывается в отношении аддиктивных типов поведения совершенно бесполезным.
За века своего существования Аюрведа выработала чрезвычайно эффективную терминологию для выражения взаимосвязей между сознанием и телом и описала типы проявления этих взаимосвязей в каждом конкретном человеке. Согласно Аюрведе, Вселенная создана, сформирована и организована сознанием, проявляющим себя посредством пяти элементов: Эфира, Воздуха, Огня, Воды и Земли. В ментально-телесной системе человека эти пять элементов воплощаются в виде трех основополагающих управляющих начал, называемых дошами.

Именно благодаря дошам энергия и информация Вселенной присутствуют в теле и жизни каждого человека.



Содержание  Назад  Вперед