ЧУДО ИЛИ МАШИНА?



Я совершенно убежден, что преобладающее в мире злое начало приводит к гибели неосознанной духовной потребности, если только не встречает противодействия со стороны подлинного религиозного чувства, либо же заградительной стены человеческого общества. Обычный человек, не защищенный действием свыше и изолированный в обществе, не способен сопротивляться силе зла, совершенно обоснованно именуемой Дьяволом... «Алкоголь» по-латыни есть «spiritus», слово, равно означающее высшее религиозное переживание и наиболее пагубную отраву.

Если подобная игра слов покажется кому-то слишком уж «притянутой за уши», ему стоит обратить внимание на то, что для довольно-таки многих людей «духовное решение» в виде алкоголя в конце концов выливается в поиски духовного решения проблемы алкоголизма. Философ Уильям Джеймс в своей книге «Разнообразие религиозного опыта» пишет, что действенным средством от чрезмерного пития является пылкая религиозность. Меня же подмывает пойти еще дальше и сказать, что единственное средство против какого бы то ни было пагубного пристрастия состоит в усиленном ощущении своей внутренней духовности.

И уже стоя на таком духовном фундаменте, пристрастившийся сможет приступить к необходимым для подлинного преображения практическим переменам.

ЧУДО ИЛИ МАШИНА?
Мою уверенность в необходимости духовного подхода к проблеме алкоголизма вполне может объяснить краткое рассмотрение возможных ему альтернатив. Одним из примеров такой альтернативы может служить применение средств, антагонистичных алкоголю, наиболее распространенным из которых является антабус. Блокируя способность организма нормально усваивать алкоголь, антабус вызывает у выпившего быстрое образование токсинов. У такого человека сразу же возникает сильная тошнота, головная боль, резкое падение кровяного давления, а также неотступный страх смерти. Говоря языком психологии, можно сказать, что это средство вызывает по отношению к употреблению алкоголя мгновенное закрепление мощного негативного условного рефлекса иными словами, приучает к мысли о неотвратимом возмездии.

Последствия совместного употребления антабуса и алкоголя могут даже оказаться фатальными, и поскольку пристрастившийся знает об этом, на пути его желания выпить возникает мощный барьер.
Для некоторых людей страха, на котором основано действие антабуса, может оказаться достаточно. Поскольку это вещество сохраняется в организме до семидесяти двух часов после приема последней дозы, алкоголик, у которого возникло внезапное желание выпить, по крайней мере на секунду задумается, прежде чем открыть бутылку, даже если он уже несколько дней не принимал антабус. Однако позыв к питию никуда таким образом не исчезает и память о внутреннем совершенстве остается непробужденной.

Скорее здесь идет речь о том, что испытывающему страдания и борющемуся алкоголику угрожают еще большим страданием, если его борьба не будет успешной.
Разного рода страдания лежат и в основе многих межличностных, конфронтационных подходов к лечению алкоголизма. Так, другие алкоголики или врач могут агрессивно информировать пьяницу о том вреде, который был нанесен его пьянством, и о присущем мыслям и поступкам алкоголика самообмане. Элементы такого подхода имеются во многих стационарных программах лечения алкоголизма и часто применяются в организации «Анонимные алкоголики».
Как и в случае антабуса, конфронтация может оказаться здесь полезной. С точки зрения Аюрведы, лучше всего она может сработать в отношении людей Питта-типа, которые склонны утверждать, что полностью владеют ситуацией, независимо от того, насколько она в действительности вышла из-под контроля. Вместе с тем конфронтация способна привести и без того неуравновешенных по своей конституции людей Питта-типа в еще большее раздражение, принеся тем самым гораздо больше вреда, чем пользы. В конечном счете конфронтация с равным успехом может как мобилизовать защитные силы пациента, так и ослабить их.

Исследования показывают, что усиленная конфронтация вызывает к тому же усиленное сопротивление.
Поддерживающая, ориентированная на понимание терапия широко используется в отношении не только собственно злоупотреблений, но и эмоциональных проблем самого различного рода. В ее основе лежит та идея, что пьянство порождено внутренним конфликтом алкоголика, который можно разрешить, вникнув в него поглубже. Алкоголизм рассматривается как симптом глубинной душевной проблемы алкоголика.

В какой-то мере это очевидно и не вызывает никаких возражений. Однако, как показывает Арнольд Людвиг в своей книге «Проникновение в сознание алкоголика», существуют пределы эффективности и такой инсайт-терапии, равно индивидуальной и групповой.
Чтобы проиллюстрировать эти пределы, Людвиг вводит термин «контекстно-зависимое понимание». Он отражает тот факт, что понимание человеком некоторой идеи и даже полученный им опыт мощного внутреннего откровения довольно часто может оказаться не переносимым в другую обстановку. Это особенно верно в отношении такой закоренелой привычки, как алкоголизм, которая способна полностью доминировать в повседневной жизни человека, за исключением, разве что, того периода, когда он проходит курс лечения.
Когда группа алкоголиков в присутствии опытного психолога рассаживается вокруг стола, могут открыться важные сведения, способствующие глубокому пониманию факторов, влиявших и влияющих на поведение этих людей. В располагающей к самооценке обстановке у человека возникает желание разобраться в себе и измениться. Такая среда уникальна как в психологическом, так и в эмоциональном отношении.

Она коренным образом отличается от обстановки, характерной для бара, ресторана или дома, где усталость и стресс в любой момент могут стать спусковым механизмом для желания выпить.
Кроме того, начав пить, алкоголик может стать совершенно другим человеком по сравнению с тем, кем он был во время лечебной программы. Он в буквальном смысле может оказаться неспособен вспомнить эту программу, точно так же как впоследствии может не вспомнить, что он говорил и делал во время запоя. Подобного рода амнезия может наблюдаться также между различными уровнями интоксикации, и доктор Людвиг в своей книге иронически предполагает возможность сеансов инсайт-ориентированной терапии в то время, когда пациент напивается.

Не то чтобы это предлагалось всерьез, но такое беспамятство действительно усложняет проблему, стоящую перед алкоголиком, который пытается перенести свои приобретения, сделанные во время курса лечения, из одной обстановки в другую.
На способность спиртного превращать алкоголика в абсолютно другого человека непосредственное внимание обращают «Анонимные алкоголики», и то, что делает эта организация, несомненно может считаться одним из наиболее действенных из когда-либо разработанных подходов к проблеме алкоголизма. Подчеркивая необходимость воздержания от первой порции спиртного, АА побуждает пристрастившегося с самого начала предотвратить разрушительное воздействие алкоголя. Это необходимо потому, что в каком-то смысле такое разрушительное воздействие продолжается для него все время он всегда алкоголик со всеми вытекающими отсюда слабостями, независимо от того, пьет ли он в тот или иной конкретный момент.

Как показывает первый из знаменитых Двенадцати Шагов АА, пристрастившийся должен понять, что он бессилен перед алкоголем,  и что, выпив, он ничем не будет отличаться от пьяницы, никогда не слышавшего об этой организации.
Об «Анонимных алкоголиках» написано множество книг. В этих книгах можно найти как научную оценку их деятельности, так и рассказы тех, кто испытал эту деятельность на себе. Я призываю всех, к кому имеет какое-либо отношение проблема алкоголизма, ближе познакомиться с этой организацией.

А я ради целей этой книги хотел бы, не особенно вдаваясь в детали, рассказать, что видится мне достоинствами подхода АА, а что недостатками.
Весьма сильной стороной «Анонимных алкоголиков» и других двенадцатиступенчатых программ, появлению которых они способствовали, является признание ими необходимости обращения к высшей духовной силе для решения проблемы алкоголизма. Кроме того, исключительно добровольный характер организации, а также отсутствие в ней какой-либо иерархической структуры и какого бы то ни было авторитарного руководства способствует тому, что пристрастившийся принимает на себя всю полноту ответственности за свое выздоровление.
Однако, по моему мнению, наиболее привлекательной стороной АА является то, что только первый из двенадцати шагов предполагает какое-либо упоминание алкоголя. Подобное отсутствие внимания к спиртному имеет по крайней мере два важных преимущества. Во-первых, тем самым подчеркивается, что пьянство алкоголика есть вопрос, связанный не столько с тем, что у него в стакане, сколько с тем, что у него в голове и в сердце. Кроме того, это позволяет пристрастившемуся расценивать свое пьянство не только как болезнь, но и как своего рода возможность, как первую ступеньку лестницы самосовершенствования, способной привести к подлинным духовным высотам.

Двенадцать Шагов «Анонимных алкоголиков» это не просто программа, имеющая своей целью трезвый образ жизни. Эти шаги направлены на то, чтобы человек стал действительно выдающейся личностью во всех областях жизни.



Содержание  Назад  Вперед