ОТС и проблема единства и многообразия мира


Примечательно, что этим подтверждается, хотя и с неожиданной стороны, справедливость известного высказывания В. И. Ленина о том, что «только „взаимодействие" = „пустота"» [43. Т. 29. С. 142]. Будет естественно, если мы знания о действиях и реализующихся в них взаимоотношениях также закрепим посредством новых для ОТС категорий формы действия материи и формы отношения материи.
И последнее. В течение почти двух с половиной тысяч лет в естественных и общественных науках господствовал «каузальный идеал» научного объяснения и понимания. «Явление считалось понятым и объясненным, если найдена его причина. В этом заключалась цель науки. Именно ради этой высокой цели можно было предпочесть науку любому другому роду деятельности.

Уже Демокрит выразил образно эту мысль, утверждая, что он предпочел бы найти одно причинное объяснение, нежели приобрести себе персидский престол» [66. С. 111].
Однако «каузальный идеал» оказался ограниченным. Еще В. И. Ленин, конспектируя «Науку логики» Гегеля, отмечал: «NB. Всесторонность и всеобъемлющий характер мировой связи, лишь односторонне, отрывочно и неполно выражаемый каузальностью. NB» [43. Т. 29.

С. 143]. Из данного исследования видно, что этот «идеал» применим далеко не ко всем материальным и идеальным объектам.
Во-первых, как следует из СТО и ОТС, объективно существует бесчисленное множество материальных объектов, не способных из-за пространственно-временных ограничений вступать друг с другом в какие бы то ни было причинно-следственные отношения. Такие объекты, стало быть, не являются ни причинами, ни следствиями друг друга.
Во-вторых, существует бесчисленное множество идеальных объектов, по отношению к которым причинно-следственное объяснение просто неприменимо, например к треугольникам, между сторонами которых нет каузальных связей, хотя эти стороны функционально зависят друг от друга.
В то же время все такие взаимонедействующие материальные объекты, а также множество идеальных объектов (не говоря уже о дву- и односторонне действующих) обязаны подчиняться и подчиняются всем общесистемным законам системности, преобразования объектов-систем, поли- и изоморфизации, противоречивости и непротиворечивости, соответствия, симметрии и системного сходства. Вот почему «системное движение» выдвигает более полный «идеал» объяснения и понимания. Н. Ф. Овчинников связывает его с объяснением через структуру [см.

66].
Мы же, следуя разработанной нами ОТС, выдвигаем «системный идеал» новую высокую цель науки. Этот «идеал» требует представления любого объекта как объекта-системы в системе объектов одного и того же рода, выявления в последней эмерджентных признаков (вещей, явлений, свойств, отношений, процессов), полиморфизма и изоморфизма, симметрии и диссимметрии, отношений противоречия и непротиворечия, всех или части форм изменения, сохранения, развития, действия, отношения материи. Причинно-следственный, структурно-функциональный, историко-эволюционный «идеалы» при таком понимании «системного идеала» становятся его «подидеалами».
Рассмотрев все возможные отношения, мы переходим далее к анализу с позиций ОТС проблемы единства и многообразия мира.

15. ОТС и проблема единства и многообразия мира

Двенадцать парных понятий «система и хаос», «поли- и изоморфизм», «симметрия и асимметрия», «формы изменения и формы развития материи», «неэволюционные и эволюционные формы сохранения материи», «формы действия и формы отношения материи» являются фундаментальными категориями ОТС, имеющими важное значение для философии. Укажем следующие основания для такого утверждения [см. также 91; 92].
Эти парные, взаимодополняющие категории общесистемны в том смысле, что характеризуют системы любого рода; фундаментальны потому, что каждая из них прямо или косвенно составляет «ядро» соответствующих общесистемных законов, а также потому, что каждая из них является итогом познания мира за несколько тысяч лет. Они двойственны в том смысле, что, с одной стороны, отражают каждая по-своему некоторые фундаментальные особенности материи, с другой выполняют методологические функции, играя роль опорных пунктов познания. Эти категории обладают сложной природой, так как содержание каждой из них раскрывается с помощью большой системы понятий; они глубоко внутренне диалектичны.

Докажем последнее утверждение и одновременно разовьем системный подход к философской проблеме единства и многообразия мира с точки зрения системных представлений о поли- и изоморфизме [см. также 99].
Действительно, а) столь важные прежде всего для естествоиспытателей поли- и изоморфизм различаются как «плюс» и «минус», и вследствие этого каждый из них предполагает «свое другое», как бы в зародыше содержится «в своем другом»; б) полиморфизм изоморфичен, а изоморфизм полиморфичен: первый из-за повторяющегося от системы к системе, от полиморфизма к полиморфизму стандартного строя и порядка, наличия одних и тех же системных параметров; второй из-за многообразия форм изоморфизма; в) полиморфизм внутренне трихотомичен в результате наличия двух основных изомерийной и неизомерийной и одной переходной изомерийно-неизомерийной форм. Изоморфизм, согласно закону соответствия, также трихотомичен вследствие наличия двух основных полной и неполной и одной переходной форм. Причем в формулировке этого закона полному изоморфизму соответствует 1-й, неполному 3-й и 4-й, переходному 2-й ее случай.
В результате мы приходим вроде бы к уже известному философскому положению о единстве многообразия и многообразии единого, однако с существенно новым его развитием прежде всего благодаря, во-первых, представлению единства и многообразия в виде соответственно системного изоморфизма и полиморфизма, а последних в виде систем объектов поли- и изоморфических родов, «сводимых» в свою очередь к поли- и изо-морфическим модификациям объектам-системам.
Во-вторых, благодаря объяснению единства и многообразия мира фактом его существования, а именно его движения и самодвижения. В этом отношении данное утверждение можно рассматривать как конкретизацию известного высказывания Ф. Энгельса о том, что «единство мира состоит не в его бытии, хотя его бытие есть предпосылка его единства, ибо сначала мир должен существовать, прежде чем он может быть единым» [50. Т. 20.

С. 43].
В-третьих, развитию положения о единстве и многообразии мира способствует представление единства (системного изоморфизма) и многообразия (полиморфизма) в виде не только состояний, но (также из-за их причинно-следственной связи с движением) и особых, взаимопротивоположных процессов полиморфизации и изоморфизации.
В-четвертых, общие представления о единстве многообразия и многообразии единого существенно обогащаются за счет открытия 8 и 255 различных универсальных способов поли- и изоморфизации; предложений алгоритмов построения и предсказания поли- и изоморфических систем.
В-пятых, благодаря раскрытию связи проблемы единства и многообразия с проблемами форм движения и существования материи и последующему выводу 162 структурных и 192 фундаментальных (связанных только с формами движения и существования материи) полиморфизмов, 360 структурных и 55 584 фундаментальных изоморфизмов.
В-шестых, указанное философское положение подтверждается открытием общесистемных законов полиморфизации, системности, с одной стороны, и законов изоморфизации, сохранения системного сходства, соответствия, противо-непротиворечивости, симметрии и асимметрии с другой. В связи с этим хотелось бы напомнить читателю слова Ф. Энгельса о том, что «действительное единство мира состоит в его материальности, а эта последняя доказывается не парой фокуснических фраз, а длинным и трудным развитием философии и естествознания» [50. Т. 20.

С. 43].
Одно из таких важнейших доказательств единства мира и предоставляет ОТС. Из приведенных законов следует, что любой материальный или идеальный объект должен быть объектом-системой, полиморфической модификацией, принадлежать системе объектов того же рода, полиморфизму; в то же время он должен быть изоморфической модификацией, принадлежать изоморфизму, а по законам сохранения системного сходства и симметрии он должен быть симметричным и изоморфным в указанном выше смысле любому другому объекту. Это позволяет намного расширить конкретные представления о единстве мира. С этой точки зрения отношение системного изоморфизма должно так или иначе реализовываться буквально между любыми парами, тройками, ..., энками систем, например ряда: субстанция, расположение звезд, идея, судьба человека, форма, тождество, красота, жизнь Л. Н. Толстого, разложение перекиси водорода каталазой, мера, сущность, «Колдун» композитора Г. Свиридова, «золотое» число 1,618, структура нуклеиновой кислоты и т. д.
Не следует думать, что в данной произвольной последовательности речь идет о единстве «всего со всем» в духе лейбницевского тождества неотличимости всего от всего. Это было бы по меньшей мере наивно. В действительности здесь мы имеем в виду системный изоморфизм всего всему, который может выступать то в виде лейбницевского тождества, то в виде неполного сходства, то равенства, то математического или естественнонаучного изоморфизма.



Содержание  Назад  Вперед