От Джона Ло до Сергея Кириенко.


Кондратьев (18921938) поставил перед собой вопрос: какие материальные вещи и в каком смысле входят в состав общества? Этот вопрос он решал в плане выделения двух категорий вещей.
Вещи первой категории это те, которые прямо или косвенно служат удовлетворению потребностей, но даны от природы практически в неограниченном количестве и притом в таком виде, что использование их не требует той или иной предварительной их трансформации. Они представляют собой естественно-природную среду общества. Они регулируемы.
В течение длительного исторического функционирования рыночной экономики деньги приобрели определение такой вещи. Деньги являются естественным материальным проводником взаимодействия между людьми. Но современное информационное общество придало им нематериальное содержание**.
Совершенно иное можно говорить о второй категории вещей, прямо или косвенно служащих удовлетворению потребностей:
одни даны природой в ограниченном количестве и ввиду своей общепризнанной полезности становятся предметом общественных и экономических отношений;
другие даны природой, быть может, в неограниченном количестве, но для своего использования требуют предварительной трансформации;
третьи объективно ограничены количественно и вместе с тем также требуют для использования предварительной трансформации.
Вещи второй категории есть продукт общественной и экономической жизни в результате трансформации элементов природы. Они возникают в процессе и на основе отношений и взаимодействия людей. Они возникают на почве физического и умственного сотрудничества, в них находят выражение накопленные обществом знания и технические навыки, в них выражаются существующие или даже господствующие воззрения. И не только находят свое выражение, но и фиксируются, как бы застывают.

Они не регулируемы, они фиксируются.
В силу этого такие вещи к составу тех свойств, которыми они обладают от природы, присоединяют одно или несколько свойств, которых ранее они не имели. Эти свойства имеют общественную природу. Благодаря им данные вещи в состоянии выполнять в обществе и экономике определенную роль.
Но если это так, то очевидно, что обладать и располагать такими вещами в обществе значит обладать и располагать известной потенциальной силой, властью, возможностью удовлетворения существующих в обществе потребностей. Эти вещи выступают как центры притяжения, как центры консолидации и централизации определенных общественных и экономических отношений, и прежде всего денежно-кредитных*.
Именно в результате проявления указанных способностей выделился такой важный элемент денежной системы, как денежная единица. Она стала вещью благодаря фиксации обществом в лице государства и умственному сотрудничеству между людьми в области денежных отношений.
Отечественными учеными предпринимается попытка аргументировать применение системно-эволюционного подхода к развитию банковской системы России как наиболее зрелому образцу денежно-кредитных отношений**.
Для системной интерпретации трансформационных (переходных или изменяющих присущие явлению свойства) процессов в эволюционной экономике из методологического инструментария самоорганизационных концепций, по их мнению, следует позаимствовать правило запрета.
Данное правило гласит бессмысленно тратить время и силы на трансформирование сложных систем, тем более социально-экономических. Надо просто знать, как они могут функционировать, и с минимальными усилиями воздействовать на то, что для них наиболее характерно. При этом необходимо учитывать собственные ответные реакции системы на внешнее воздействие.

В противном случае система будет ослабевать и, в конечном счете, придет к своему разрушению.
Для организации новой системы (это применимо и к денежным отношениям вообще и денежно-кредитному регулированию в частности) необходимо наличие одновременно двух видов совместимости:
элементов как необходимое условие взаимодействия;
отдельного элемента со всеми другими элементами целого, то есть элемента и системы, в которую он входит.
Действие закона системного расхождения (дифференциации) форм, по мнению исследователей, предполагает две взаимосвязанные тенденции: развития и сопутствующих противоречий. Только это может способствовать пониманию реальных основ денежно-кредитного регулирования.


Достаточно детально рассмотрев два важных понятия (представления) денежно-кредитного регулирования, следует подчеркнуть, что они в своей характеристике и по своему содержанию могут выступать в качестве основы системы денежно-кредитного регулирования. Конечно, представленные точки зрения известных ученыхэкономистов не всегда и не всеми могут быть однозначно восприняты в контексте оценочных знаний. Но тем более интересно их восприятие для более разностороннего подхода к такому сложному явлению, как денежно-кредитное регулирование.


* См.: Аникин А. История финансовых потрясений. От Джона Ло до Сергея Кириенко. М.: ЗАО «ОлимпБизнес», 2000. С. 11-29; Шумпетер Й. История экономического анализа: В 3 т: Пер. с англ.

СПб.: Экономическая школа, 2001. Т. 1. С. 421422.
** См.: Rist. History of Monetary and Credit Theories from John Law to the Present Day. 1940; Шумпетер Й. Указ. соч., т. 3, с. 14671469.
* См.: Буайе Р. Теория регуляции. Критический анализ: Пер. с франц. М.: НИЦ «Наука для общества», 1997.

С. 63.
** См.: Могилевский А.Д. Методология систем. М.: Экономика, 1999.

С. 78, 13.
*** Первые две составляющие системы регулирования раскрывают содержание первого понятия, остальные две содержание второго.
* Холизм (от греч. hуlos весь, целый) идеалистическое учение, рассматривающее мир как результат творческой эволюции, которая направляется нематериальным «фактором целостности».
* См.: Буайе Р. Указ. соч., с. 132136.
** См. там же, с. 9495.
* См.: Государственное регулирование рыночной экономики. М., 2001. Гл.5; Управление социально экономическим развитием России: цели, концепции, механизмы.

М., 2002. Гл. 7.
** См.: Буайе Р. Указ. соч., с. 6, 8-12, 20-21, 53, 55-57, 59, 78.
* См.: Мамонова И.Д. Основные направления повышения роли кредита в развитии социалистической экономики/ Автореферат дисс. на соиск. уч. ст. д.э.н. М., 1991. С. 6, 23-25, 28-31.

А.Ю. Симановским, например, рассматриваются направления и инструменты денежного регулирования. Большое внимание уделяется определению целей денежно-кредитной политики (проблема их выбора), конструируется схема оперативного денежного регулирования (Финансово-банковский сектор российской экономики: Вопросы формирования и функционирования. М., 1995).

В монографии Э.Н. Василишина и Л.Я. Маршавина достаточно полно изложены важные аспекты познания регулирующих процессов в экономике (Механизм регулирования деятельности коммерческих банков России на макро- и микроуровне.

М.: Экономика, 1999).
* Индикативное планирование: теория и пути совершенствования. СПб., 2000., С. 9. Приведенная трактовка исходит от работ нобелевского лауреата по экономике Мориса Алле (см.: Алле М. Условия эффективности в экономике: Пер. с франц. М.: НИЦ «Наука для общества», 1998).
** См.: Буайе Р. Указ. соч.; Жувенель де Б. Этика перераспределения: Пер. с франц. М.: Институт национальной модели экономики, 1995.
* См.: Кондратьев Н.Д. Основные проблемы экономической статики и динамики. Предварительный эскиз / Избр. соч.

М.: Экономика, 1993. С. 24 -245, 269.
** Конечно, это никоим образом нельзя смешивать со стандартным представлением о золоте как денежном товаре, обладающем природным свойством редкости и универсальным свойством обмениваемости в исторически длительный период.
* См.: Кондратьев Н.Д. Указ. соч., с. 213, 218-223, 323.
** См.: Андрюшин С.А. Банковская система России. Особенности эволюции и концепция развития. М.: Институт экономики РАН, 1998.

С. 31-34.



Содержание  Назад  Вперед