Трудности встречаются у всех людей


Спустя годы Джо стал для меня не просто коллегой, но и близким другом. Оказалось, что и у него возникали такие же проблемы во взаимоотношениях с другими, как и у меня, и примерно в тех же пропорциях. По окончании колледжа я узнавал все больше и больше специалистов в области психологии и психиатрии. Выяснилось, что и у них возникают трудности в общении.

Оказывается, звание "доктор" не освобождает человека от тех же проблем, с которыми сталкиваются его родные, соседи и друзья, и особенно пациенты.
Какие же трудности встречаются у всех людей? Возьмем, к примеру, семейные отношения. Когда наши мужья, жены, любимые по какой-либо причине чувствуют себя несчастными, они могут заставить нас почувствовать, что мы в чем-то перед ними виноваты.

Делается это даже и без слов: достаточно особого взгляда, демонстративного хлопанья дверью, красноречивого молчания или ледяного тона в просьбе включить телевизор.
Родители могут заставить своих взрослых детей чувствовать себя встревоженными маленькими мальчиками и девочками. Многие из нас слишком хорошо знают свои реакции на мамино многозначительное молчание по телефону или неодобрительный взгляд тещи или свекрови. Не только близкие, но и друзья создают нам проблемы.

Если друг предлагает развлечься вечером, а вас это не привлекает, но вы не хотите его обидеть, то приходится лгать, и при этом вы чувствуете себя неуютно.
Многие думают, что подобные вещи во взаимоотношениях между людьми признак нездоровья. Вовсе нет. Жизнь всех нас сталкивает с трудностями, и это вполне нормально.

Все дело не в наличии проблем, а в неумении адекватно их разрешать.
Весь мой опыт, а также наблюдения за тысячами других людей, с которыми я сталкивался в жизни, позволили мне прийти к следующему выводу: то, что у нас будут проблемы в жизни вполне естественно; но столь же естественно и то, что все мы в состоянии их решать.
Если бы у нас не было врожденной способности справляться со всевозможными трудностями, то человеческие существа как биологический вид вымерли бы давным-давно. Наши первобытные предки выжили не вопреки проблемам, а благодаря им. Мы превратились в людей из тех природных существ, которые обладали способностью успешно бороться с трудностями в жестокое время и в жестокой среде.
В наследство от предков мы получили способность приспосабливаться к окружающей среде. Так же, как и животные, особенно близкие нам позвоночные, мы прибегаем к универсальным для живого мира способам разрешения конфликтов: драке и бегству. Как и животные, мы нападаем или бежим друг от друга. Иногда это происходит не по нашей воле; иногда мы делаем это осознанно, иногда открыто; но чаще в замаскированном виде.

Но мы, однако, лишены клыков, острых когтей и той силы мускулов, которые позволяли бы нам столь же эффективно решать проблемы с позиции физической силы.
Ни вы, ни я не сможем даже так зарычать, чтобы напугать грабителя и, хотя я верю, что смогу убежать в критической ситуации, я не хотел бы, чтобы она возникла.
Но более всего нас отличает от предков способность словесного общения, которой в процессе эволюции овладел человек.
Как полагают, около миллиона лет назад эволюция и борьба за существование устранили тех из предков человека, которые не смогли найти более эффективного способа сопротивляться, кроме уже испытанных драки и бегства. Одновременно у других развивалась способность общаться при помощи слов. Они-то и выжили, и воспроизвели нас, своих потомков.

Новые возможности человеческого мозга позволяют нам общаться и работать вместе даже тогда, когда возникает проблема или конфликт. И, хотя мы унаследовали способность либо лезть в драку, либо бежать, чтобы уцелеть, инстинкт не подталкивает нас ни к тому, ни к другому. Вместо этого мы можем поговорить с другими и, благодаря этому, справиться с тем, что нас задевает.
И все же современные цивилизованные люди время от времени пытаются разрешать конфликты с помощью агрессии или бегства. Но они обычно не делают этого открыто. Однако, такого рода поведение не приносит ощутимых результата Причины очевидны. Как правило, с самого детства людей учат вести себя в конфликте пассивно. "Не давай сдачи", "Выстой и стерпи", "Учись быть выше этого" все эти модели, как нетрудно заметить, пассивные. Когда кто-то выводит нас из себя, мы редко выказываем это явно.

Вместо этого мы стискиваем зубы и даем бессмысленное, в общем-то, обещание позднее отомстить.
Тактика "бегства от противника" (попытки избегать общения с неприятным в каких-то проявлениях человеком) или скрытое сопротивление (нарочитое или непроизвольное расстраивание его планов) только затягивает конфликт, но никак не способствует его решению. А ведь кто из нас ни разу в жизни не прибегал к этой изнуряющей тактике в семье, на работе или где-то еще? Ясно, что пассивная агрессия больше нервирует как раз того, кто не может поговорить со своим противником или, на худой конец, заорать на него. Так стоит ли страдать вдвойне?

Кроме того, если вы постоянно избегаете кого-то во время конфликта, этот человек, скорее всего, либо сменит тактику, либо разорвет отношения с вами.
Когда мы в отношениях с людьми пользуемся только агрессией или бегством, то и сами чувствуем себя ужасно, поскольку эти модели поведения всегда сопровождаются неприятными ощущениями гнева и страха. Чаще всего мы оказываемся в проигрыше: чувствуя постоянную неудовлетворенность своим поведением, мы расстраиваемся и в конце концов теряем душевный покой.
Триада гневстрахдепрессия есть тот основной набор эмоций и чувств, который вынуждает людей обращаться к психотерапевту. Пациенты, которых я встречал в своей практике, либо слишком часто испытывали гнев по отношению к другим людям, либо постоянно боялись чего-то и, как следствие этого, старались избегать других людей; либо они чувствовали себя бесконечно усталыми от вечных поражений и хронической подавленности.
Тем не менее, нельзя сказать, что гнев, страх и подавленность всегда указывают на болезнь. Эти ощущения заложены в нас физиологически и психологически. Они имеют, как ни странно, определенную ценность, как и физическая боль, предупреждающая организм об опасности.

Гнев, страх и подавленность тоже имеют важное сигнальное значение.
Например, если вы раздражены, вы чувствуете, как все ваше тело "готовится к атаке". Мы не только иногда чувствуем это "приготовление к нападению" в самих себе, но и видим, как то же самое происходит с другими людьми.
Когда нет возможности избегнуть опасной ситуации или разрешить ее с помощью слов, то именно эта "готовность" дает нам шанс уцелеть.
С другой стороны, когда мы испуганы, то чувствуем, как наше тело непроизвольно готовится спасаться бегством. Наши шансы уцелеть увеличиваются благодаря тому, что мы можем убежать от опасности, которую нельзя разрешить словами. Когда на полутемной улице к вам приближается грабитель с ножом в руках, то ощущение паники, которое появляется в вашем дыхании, во внутренней дрожи в конечностях, не трусость, а естественное состояние, автоматически вызванное центрами головного мозга, готовящего ваше тело к сопротивлению.
Гнев и страх помогают нам и сегодня, ибо не всегда и не все проблемы мы можем уладить с помощью слов. Скажем, жена приходит домой в дурном настроении и начинает вымещать свои обиды на муже и детях. Они не могут сдержаться и отвечают тем же. Слово за слово, и как-то незаметно женщина "разрядилась".

Дрожь в руках и во всем теле для водителя машины верный признак того, что ситуация действительно опасная, и надо срочно принимать меры предосторожности.
Что же касается депрессии, то она, пожалуй, мало чем может помочь. В состоянии подавленности мы делаем лишь то, что необходимо, чтобы поддерживать функции нашего организма. Обычно в этот период мы не занимаемся любовью, не пытаемся отвлечься другими приятными делами, не ходим в кино, не хотим узнать что-нибудь новое, не пытаемся решать своей проблемы, не делаем многого дома и на работе. Если депрессия не слишком глубока, а, скорее, напоминает грусть, то обычно она связана с тем, что мы лишились чего-то или что-то уже расстроило нас до этого.

Глубокая депрессия возникает, когда мы перенесли большую потерю или были очень сильно кем-то или чем-то расстроены. Подавленное состояние это результат действия импульсов, посылаемых из отдельных центров головного мозга, замедляющих большинство нормальных процессов организма, необходимых для повседневной деятельности.
Возможно, и для нас, как когда-то для наших предков, иногда подавленность бывает благотворной в том отношении, что в этот период мы как бы временно отступаем, чтобы потом успешно справиться с тяжелыми условиями или опасными обстоятельствами. Отступить, чтобы переждать, накопить энергию и жизненные силы, пока не наступит более благоприятное время для решительных действий. Однако современная жизнь не позволяет слишком долго пребывать в "зимней спячке".
Опыт лечения депрессий показывает: гораздо полезнее помочь таким людям начать что-нибудь делать и восстановить их связь с тем хорошим, что происходит в жизни, чем просто "переждать" депрессию. Лечение Дона, 33-летнего разведенного бухгалтера, страдающего повторяющейся длительной депрессией, иллюстрирует это предположение.



Содержание  Назад  Вперед