В чем заключается противоречие брака?


При таком ходе мыслей совершенно не задумываются над тем важным фактом, что человек отличается от животного не меньшей, а более интенсивной сексуальностью (постоянная готовность к половому акту). Утверждение о "возвышении над зверем" неверно в применении к сексуальной сфере: человек превосходит животное "животностью". Становится очевидно, что при такой точке зрения приверженец моральной оценки фальсифицирует результат наблюдения, отсюда он никогда не согласится с утверждением о значительном превосходстве сексуальной экономики "примитивных" народов13. Но занимать такую позицию — значит отказываться от всякой возможности проверить формы сексуальной жизни, обусловленные определенным временем и местом, с точки зрения их материальной и общественной основы.

Невозможность выйти за пределы морализирующего и оценивающего наблюдения означает погружение в безграничные и бесплодные дебаты. Предпринимаются попытки с моральных, метафизических или биологических позиций оправдать социальные явления, давно уже обреченные на гибель, причем это происходит под прикрытием неприкосновенной, якобы объективной научности. Научным же познанием называется такой способ деятельности, когда предоставляется слово фактам, но из фактов сразу требований не выводят, а изучают ход развития, то есть в нашем случае социальные явления, обреченные на смерть, доводят до смерти, а новое в формах бытия человеческого общества развивают.
При строгом наблюдении над фактами встают два вопроса:
1. Какова общественная функция брака?
2. В чем заключается противоречие брака? Рассмотрим их поподробнее.
Общественная функция брака
В институте брака следует различать экономическую, политическую и социальную общественные функции. В буржуазной семье они совпадают.
Экономическая функция. История человечества свидетельствует, что брак начинает развиваться с возникновением частной собственности на средства производства. Благодаря своей материальной основе он постоянно получает оправдание своего существования14. Это значит, что до тех пор, пока будет существовать частная собственность на средства производства, брак будет общественно необходим, будет исполнен общественного смысла.

Возражение, что и классы, не заинтересованные в ликвидации частной собственности, практикуют ту же форму половой жизни, необоснованно, так как господствующая идеология всегда является идеологией господствующих классов. Форма брака не только вытекает непосредственно из его материальной основы, но и поддерживается моральными воззрениями как частью идеологической атмосферы и структурой человеческого характера, в которой гнездится страх перед жизнью. Поэтому человек и не осознает действительную основу формы своей половой жизни, ссылаясь просто на придание ей более рационального характера, Материальный базис меняет свою идеологию там и тогда, где и когда ему это необходимо.

Например, после того, как численность европейцев резко сократилась в результате Тридцатилетней войны, крайстаг (окружное собрание. — Прим. пер.) в Нюрнберге издал 14 февраля 1650 г. указ, отменявший требование моногамии: "ВслеLствие того, что насущные нужды Священной Римской империи требуют замены населения, резко уменьшившегося за время этой Тридцатилетней войны, павшего от меча, болезней и голода... на протяжении следующих десяти лет каждому мужчине должно быть позволено взять в жены двух женщин". Вот пример, как вопрос о моногамии, якобы угодной Богу, когда это нужно правящему классу, решается по-другому.
Политическая функция. Так как длительный моногамный брак является ядром принудительной семьи, а она, как мы уже говорили, представляет собой место, где каждый член авторитарного общества, особенно в детские годы, подвергается идеологическому препарированию, то семья имеет и политическое оправдание своего существования.
Социальная функция. Патриархальное общество характеризуется материальной зависимостью женщины и детей. Таким образом, и брак обеспечивает вторичную материальную и моральную (моральную с точки зрения патриархальных интересов) защиту женщины и детей. Поэтому на всех фазах патриархального общества необходимо придерживаться принудительного брака. В данном случае вопрос ставится не о том, хорош или плох брак, а о том, является ли он общественно оправданным и необходимым.

В обществе, в структуру которого брак входит своими корнями, желать его отмены нельзя. Можно только его "реформировать", не затрагивая самого существенного. Такое реформирование большей частью имеет характер трагикомических проказ по следующему образцу (сообщение "Пестер Лойд "от 25 января 1929 г.):
"Карточная игра как школьный предмет. Из Кливленда в Америке пришло ошеломляющее сообщение. Коллегия учителей городской школы решилась ввести бридж в качестве предмета, обязательного для изучения в школе. Это примечательное новшество обосновывается соображением, что американская семья обречена на гибель из-за ослабления интереса к игре в бридж. Сколько браков уже распалось из-за того, что супруги не играли в бридж друг с другом или в хорошей компании, а развлекались порознь!

Для городской школы собираются нанять двенадцать преподавателей бриджа, надеясь, что таким образом школьников не только подготовят к достойной жизни в браке, но что дети сумеют, кроме того, благотворно повлиять на своих родителей, чьи браки большей частью расстроены".
Распад браков — не новость, тем не менее приведем некоторые цифры. Для начала статистика заключения и расторжения браков в Вене за 1915 — 1925 гг.15.

Год
Заключение браков
Расторжение браков
1915
13954
617
1916
12855
656
1917
12406
659
1918
17123
1078
1919
26182
2460
1920
31164
3145
1921
29274
3300
1922
26568
3113
1923
19827
3371
1924
17410
3437
1925
16288
3241

Итак, если численность заключаемых браков осталась примерно одинаковой, удвоившись лишь в годы, непосредственно следовавшие за окончанием войны, то соотношение между расторжением и заключением браков составляло в 1915 г. одну двадцатую, а в 1925 г. уже одну пятую.
Газета "Пести Напло" от 18 ноября 1928 г. писала в статье, посвященной браку: "Верно, что возросло стремление к заключению брака, но ведь в суды, рассматривающие бракоразводные дела, спешат куда чаще, чем в бюро регистрации браков. Об этом свидетельствует по меньшей мере тот факт, что с 1878 г. по 1927 г. число заключенных браков возросло в четыре раза, но за то же время в восемьдесят раз увеличилось число расторгнутых браков.
В этой статье отмечается также, что большая часть браков распадается на пятом или шестом году. Из 1 645 расторжении брака, зарегистрированных в 1927 г., в 1 498 случаях супруги желали "добровольного развода", и только в двух случаях брак был расторгнут из-за супружеской неверности.
Газета "Будапести Хирлап" 24 ноября 1928 сообщает, что встревоженные депутаты верхней палате парламента поставили вопрос о росте разводов. Если в 1922 г. было расторгнуто 1 813 браков, в 1923 г. 1 888, то в 1878 г. лишь 21, а в 1879 г. только 15 браков. Со времен экономического и банковского кризиса 1898 г. численность разводов быстро увеличивается (в 1900 — 255, в 1905 — 464, в 1910 — 659).

Констатируется, что самая значительная численность разводов приходится на времена экономических кризисов.
С 1931 г. во всей Европе, за исключением Чехословакии, наблюдается рост численности заключаемых браков:
Численность заключаемых браков в Европе (в 1000 ед)

Страна
1931
1932
1933
1934
Германия
514,4
509,6
631,2
781,5
Италия
276,0
267,8
289,0
309,2
Португалия
44,9
45,4
45,8
47,5
Польша
273,3
270,3
273,9
277,3
Нидерланды
59,5
55,8
59,2
60,2
Венгрия
76,4
71,2
73,2
77,7
Чехословакия
129,9
128,0
124,2
118,3

Но эти цифры, скорее, отражают усиление давления политической реакции (366178 семейных ссуд было выдано в Германии на протяжении трех лет, чтобы укрепить институт семьи) и их значение не следует переоценивать. Они ничего не говорят ни о внутреннем состоянии браков, ни об изменении конкретных сексуальных отношений. Основное противоречие института брака осталось без изменений.
В Советской России, где институт брака по существу отменен как юридически, так и практически, поскольку регистрация половой связи не обязательна, статистические исследования дали следующие результаты:
Численность регистрации брака в Москве увеличилась с 24899 в 1926 г. до 26211 в 1929 г., а разводов за то же время — с 11879 до 19421. Численность регистрации брака в Ленинграде составила 20913 в 1926 г. и 24369 в 1927 г., а количество разводов возросло за то же время с 5536 до 16008(!).
Линдсей приводит в своей книге "Свободный брак" совершенно недвусмысленные цифры, касающиеся США. В Денвере в 1922 г. на одно заключение брака уже приходился один развод. 2909 заключенным бракам соответствовали 1492 развода и 1500 случаев злонамеренного оставления семьи, что составляет в сумме 2992 случая.



Содержание  Назад  Вперед