Поздравление обычно сочетают с пожеланием


Поздравление обычно сочетают с пожеланием. Поздравляю Вас с очередным путешествием вокруг солнца. Желаю путешествовать долго и счастливо.
Приветствие — речь, обращение с выражением добрых пожеланий, одобрения, согласия.
Тост — короткая речь за праздничным столом с предложением выпить вина в честь кого-нибудь или чего-нибудь в прошлом, настоящем или в будущем.
Ах, жена, жена, жена, Пьем шампанское до дна.
Обратное комплименту — это насмешка, надругательство, обида, высмеивание. Человек не скотина: его и словом убить можно.
Предполагаю, найдется скептик, который скажет: Комплименты — это просто красивые слова, и будет прав и не прав одновременно. Да — в том смысле, что комплименты это красивые слова, даже сверхкрасивые, и нет — в том смысле, что красивыми словами называют пустые посулы, а комплимент — это доброе дело.
Говорите комплименты Женщинам высоким штилем

  • Язык очей — язык красноречивый...(Теплова)
  • Без Вас я как будто ослеп на один глаз, который смотрит в сказку.

Ты заперта в моем сердце, а ключ потерян. Теперь ты останешься там навсегда.
Изысканностью изложения и яркостью эпитетов славятся восточные легенды.
Алой розой смех твой заперт, Соловьиной песни трепет На груди твоей таится....
Как турецкая сабля твой стан, Рот — рубин раскаленный...
Насладитесь языком Куприна, перечитайте его замечательный рассказ Суламифь. Приведу описание прелестных, неисчерпаемо разнообразных жен и наложниц царя Соломона.

Так в жизни не говорят, а жаль.
Семьсот жен было у царя и триста наложниц, не считая рабынь и танцовщиц. И всех их очаровывал своей любовью Соломон, потому что Бог дал ему такую неиссякаемую силу страсти, какой не было у людей обыкновенных. Он любил белолицых, черноглазых, красногубых
хеттеянок за их яркую, но мгновенную красоту, которая так же рано и прелестно расцветает и так же быстро вянет, как цветок нарцисса; смуглых, высоких, пламенных филистимлянок ё жесткими курчавыми волосами, носивших золотые звенящие запястья на кистях рук, золотые обручи на плечах, а на обеих щиколотках широкие браслеты, соединенные тонкой цепочкой; нежных, маленьких, гибких аммореянок, сложенных без упрека, — их верность и покорность в любви вошли в пословицу; женщин из Ассирии, удлинявших красками свои глаза и вытравливавших синие звезды на лбу и на щеках; образованных, веселых и остроумных дочерей Сидона, умевших хорошо петь, танцевать, а также играть на арфах, лютнях и флейтах под аккомпанемент бубна; желтокожих египтянок, неутомимых в любви и безумных в ревности; сладострастных вавилонянок, у которых все тело под одеждой было гладко, как мрамор, потому что они особой пастой истребляли на нем волосы; дев Бактрии, красивших волосы и ногти в огненно-красный цвет и носивших шальвары; молчаливых, застенчивых моавитянок, у которых роскошные груди были прохладны в самые жаркие летние ночи; беспечных и расточительных аммонитянок с огненными волосами и с телом такой белизны, что оно светилось во тьме; хрупких голубоглазых женщин с льняными волосами и нежным запахом кожи, которых привозили с севера, через Баальбек, и язык которых непонятен для всех живущих в Палестине.
Прочитал и вспомнил слова моего старого друга, который говорил: Как увижу красивую женщину, так чувствую, что меня обокрали.
Не оторваться от замечательного слога Куприна, продолжу:
И понял царь, что во многой мудрости много печали, и кто умножает познание — умножает скорбь. Узнал он также, что и при смехе иногда болит сердце и концом радости бывает печаль. И однажды продиктовал он своим писцам:
— Все суета сует и томление духа.
Но тогда не знал еще царь, что скоро пошлет ему Бог такую нежную и пламенную, преданную и прекрасную любовь, которая одна дороже богатства, славы и мудрости, которая дороже самой жизни, потому что даже жизнью она не дорожит и не боится смерти.
А как поэтично описывает Куприн Суламифь — бедную девушку из виноградника! Невыразимо прекрасное смуглое и яркое лицо.

Тяжелые, густые темно-рыжие волосы, в которые она воткнула два цветка алого мака, упругими бесчисленными кудрями покрывают ее плечи, и разбегаются по спине, и пламенеют, пронзенные лучами солнца, как золотой пурпур. Самодельное ожерелье из каких-то красных су-

хйх ягод трогательно и невинно обвивает в два раза ее темную, высокую, тонкую шею.
— Я не заметила тебя! — говорит она нежно,
и голос ее звучит, как пение флейты. — Откуда ты пришел?
— Ты так хорошо пела, девушка!
Она стыдливо опускает глаза и сама краснеет, но под ее длинными ресницами и в уголках губ дрожит тайная улыбка.
— Ты пела о своем милом. Он легок как серна, как молодой горный олень. Ведь он очень
красив, твой милый, девушка, не правда ли?
Она смеется так звонко и музыкально, точно серебряный град падает на золотое блюдо.

  • У меня нет милого. Это только песня.
  • Я не верю тебе, красавица. Ты так прекрасна...
  • Ты смеешься надо мною. Посмотри, какая я черная...

Она поднимает кверху маленькие темные руки. И широкие рукава легко скользят вниз, к плечам, обнажая ее локти, у которых такой тонкий и круглый девический рисунок. И она говорит жалобно:

  • Братья мои рассердились на меня и поставили меня стеречь виноградник, и вот — по
    гляди, как опалило меня солнце!
  • О нет, солнце сделало тебя еще красивее, прекраснейшая из женщин! Вот ты засмеялась и зубы твои — как белые двойни-ягнята, вышедшие из купальни, и ни на одном из них нет порока. Щеки твои — точно половинки граната под кудрями твоими. Губы твои алы, — наслаждение смотреть на них. А волосы твои... Знаешь, на что похожи твои волосы? Видала ли ты, как с Галаада вечером спускается овечье стадо? Оно покрывает всю гору, с вершины до подножья, и от света зари и от пыли кажется таким же красным и таким же волнистым, как кудри твои. Глаза твои глубоки, как два озера Есевонских у ворот Батраббима. О, как ты красива! Шея твоя стройна и пряма, как башня Давидова!..
  • Как башня Давидова! — повторяет она в упоении.
  • Да, да, прекраснейшая из женщин. Тысяча щитов висит на башне Давида, и все это щиты побежденных военачальников. Вот и мой щит вешаю я на твою башню...
  • О, говори, говори еще...
  • А когда ты обернулась назад, на мой зов. И подул ветер, то я увидел под одеждой оба
    сосца твои и подумал: вот две маленькие серны, которые пасутся между лилиями. Стан твой
    был похож на пальму и груди твои на грозди виноградные.

Девушка слабо вскрикивает, закрывает лицо ладонями, а грудь локтями...
— И бедра твои я увидеS. Они стройны, как драгоценная ваза — изделие искусного художника.

Отними же руки твои, девушка.

Покажи мне лицо твое.
Она покорно опускает руки вниз. Густое золотое сиянье льется из глаз Соломона, и очаровывает ее, и кружит ей голову, и сладкой, теплой дрожью струится по коже ее тела...
Вот как надо говорить с женщиной! И ни одна женщина не устоит.
А вот письмо Наполеона прекрасной польке Марине Валевской.
Я видел только Вас, я восхищался только Вами, я хочу только Вас. Немедленным ответом успокойте пылкое нетерпение страсти. Н.
А вот речь Ромео о Джульетте при их первой встрече.
Ромео (своему слуге)
Скажи, кто та, чья прелесть украшает Танцующего с ней?
Слуга
Синьор, не знаю.
Ромео
Она затмила факелов лучи!
Сияет красота её в ночи,
Как в ухе мавра жемчуг несравненный.
Редчайший дар, для мира слишком ценный!
Как белый голубь в стае воронья —
Среди подруг красавица моя.
Как кончат танец, улучу мгновенье
Коснусь ее руки в благоговенье.
И я любил?
Нет, отрекайся, взор: Я красоты не видел до сих пор!
Говорите комплименты стихами
Поэтичность речи способствует ее восприятию. Стихи особенно уместны в торжественных случаях.

Даже если стихи не свои, тут я не вижу большого греха. Если вы вкладываете чувство, то подражание или повторение высоких образцов — это не клише.

И Пушкин говорил: Себе присвоим чужой восторг, чужую грусть. Лишь бы чувства были искренними.
Можно сказать: У Вас легкая походка, а можно использовать стихи:
Идет бывало, гордо, плавно,
Чуть землю тронет башмачок.
Вот отрывки стихов Пушкина, которые можно использовать как самые изысканные комплименты:
Ты рождена воспламенять
Воображение поэтов,
Его тревожить и пленять
Любезной живостью приветов...
Эти известные строчки можно сказать с оттенком юмора:
...И вот опять явилась ты,
Как мимолетное виденье,
Как гений чистой красоты...
...И то же в вас очарованье,
И та ж в душе моей любовь!
...Ты рождена для неги томной,
Для упоения страстей...
(На что женщина может сказать: Позволь мне самой определить, зачем я рождена.)
Благоговею богомольно перед святыней красоты!
Исполнились мои желанья.
Творец Тебя мне ниспослал, тебя моя Мадонна,
Чистейшей прелести чистейший образец.
Бела как сахар, так нежна,
Что жилка каждая видна.
Или из Блока:
...очи дивные бездонные...
... в кольцах узкая рука...
...и тонкий стан шелками схваченный....
Я встретил вас и все былое... (Ф. Тютчев)
Отрывки из романсов, серенад и песен



Содержание  Назад  Вперед