Животный магнетизм


Аббат Фариа (1756-1819), изучивший гипноз, утверждал, что тот не связан ни с какими сверхъестественными силами и его природа кроется в психике человека. Однако многовековая связь гипноза с религией и мистикой не могла быть преодолена в сознании людей в короткий срок.
Последователь Месмера Шастэнэ де Пьюсегюр в 1784 г., занимаясь магнетическими пассами, открывает наиболее глубокую стадию гипноза - искусственный сомнамбулизм. Будучи дилетантом, а не врачом, Пьюсегюр, однако, с успехом применяет открытое им необычное состояние в лечебных целях и добивается при этом хороших результатов.
Интерес к "животному магнетизму" все более возрастал, а в 1825 г. для его исследования снова была назначена комиссия от Парижской медицинской академии. В течение шести лет она изучала этот вопрос и наконец представила рапорт, подтверждающий на этот раз пользу "магнетизма".

Докладчик от комиссии профессор Гюссон в 1832 г. заявил: "Рассматриваемый как агент физиологических явлений или как терапевтическое средство, магнетизм должен был занять место в ряду медицинских знаний, и, следовательно, одни только врачи должны были пользоваться его применением".
Комиссия пришла к выводу, что Парижская медицинская академия должна поощрять врачей к изучению этого ;явления. Однако академия так и не решилась опубликовать этот доклад.
В связи с продолжавшимся увлечением "магнетизмом" и беспорядочным его применением всякого рода шарлатанами, а также учитывая нарастающую врачебную дискуссию по вопросу о целесообразности применения в лечебных целях этого загадочного метода, профессор Берна в 1837 г. 'вновь возбудил этот вопрос. Снова была назначена комиссия, большинство членов которой были ярыми противниками "магнетизма".

По докладу этой комиссии в 1840 г. "животный магнетизм" был навсегда исключен из программы занятий академии. На этот раз официально опубликовано решение, чем нанесен удар по дальнейшему исследованию явления "животного магнетизма".

Насмешливое и отрицательное отношение к нему считалось необходимым условием соблюдения ученого достоинства.
Широкое увлечение "магнетизмом" привлекло к нему внимание научно мыслящих людей. Борцом за признание права применять "магнетизм" для лечения больных становится английский хирург из Манчестера Джеймс Бред (Braid, 1795-1860).

К занятиям "магнетизмом" Бред пришел не сразу; как и большинство врачей, вначале к явлениям "магнетизма" он относился с недоверием. Трижды побывав на сеансах известного в то время гипнотизера Лафонтена, он убедился, что видения - отнюдь не шарлатанские фокусы с подставными лицами.

От пытливого взгляда Бреда 'не ускользнуло, что глаза "замагнетизированного" закрыты и он просто не в силах открыть их, хотя и пытается сделать это, что видно по выражению его лица и сокращению некоторых групп мышц мимической мускулатуры. Хирург с интересом и пристальным вниманием наблюдал, как почтенного жителя города кололи иглами, а он, по-видимому, не ощущал боли; заставляли нюхать крепкий нашатырный спирт, а он, судя по выражению лица, испытывал удовольствие.
Бред приступает к опытной проверке своих догадок. Первый сеанс "магнетизма" он произвел на семейном вечере.

Уже тогда он начал догадываться, что "магнетизм" является следствием постепенного воздействия на нервную систему, утомляя органы чувств. Почти уверенный в своей правоте, Бред впервые в жизни усыпляет своего друга, фиксируя его взгляд на одном предмете. Таким образом, в течение последующих месяцев Бред, фиксируя взгляд человека на обыкновенных предметах, например, горлышке бутылки, усыпляет сначала родных, друзей, знакомых, слуг - всех, кто только соглашается, а потом и пациентов. Бред накапливает опытные данные, внимательно исследует любопытное, явление - магнетизм.

Забросив хирургию, он всецело отдается изучению и практическому применению этого нового явления.
Бред доказал, что нет никакой разницы между тем "состоянием особого сна", который вызывал он, и таинственным "магнетизмом", ибо это суть одного и того же явления. Бред впервые вводит для этого явления название "гипноз" подчеркивая этим его близость к обычному нормальному сну. В поисках объяснения гипнотических явлений Бред отбрасывает всякую мистику, в том числе и предложение о существовании каких-либо особых магических сил, которые подвластны будто бы одним лишь "магнетизерам". Кроме того, он считает, что пассы, применяемые ими, не совсем удачный прием, так как он рассеивает внимание "магнетизируемого".

Этим и объясняется то, что "магнетизеры" далеко не всегда добиваются успеха на своих сеансах. По мнению Бреда, метод фиксации взгляда на неподвижном предмете более целесообразен и позволяет добиться гораздо большего эффекта.
Бред все более увлекается гипнозом. Он убеждается в огромной ценности гипноза как метода лечения целого ряда заболеваний, связанных с расстройством нервной системы, особенно функциональных параличей истерического происхождения.

Бред также замечает, что восприимчивость людей к гипнотизации неодинакова, что глубина гипноза может меняться, сопровождаясь изменениями физиологических функций организма Кроме того, он обнаружил, что загипнотизированного можно лечить словом, внушая ему мысль о выздоровлении.
Бред экспериментирует не ради славы и наживы, его цель - познание сущности гипноза, строго научное объяснение этого любопытнейшего явления. Бред доказывает нежность представлений Месмера и его последователей о "магнетизирующей" сверхъестественной силе. Не случайно на него с ожесточением набросилась церковь.

Духовные пастыри быстро разгадали опасность выступлений хирурга-гипнотизера, обнаружившего земную, материальную сущность гипноза. Церковники издают текст проповеди, в которой Бред обвиняется во всех смертных грехах, а его опыты объявляются святотатственными.

Не заслужил Бред признания и у своих коллег: сомневаясь в достоверности его научных искании, не понимая его исследовательской страсти, стремления дать научное объяснение явлениям гипноза, многие представители врачебных кругов причислили его к им же разоблаченным месмеристам, обвинили в шарлатанстве Но ничто не могло остановить смелого естествоиспытателя-хирурга. Он писал статьи, доклады, спорил, проводил показательные демонстрации сеансов гипноза.

В ответ на выпад церкви Бред написал хлесткий памфлет, в котором" вдребезги разбил ложные концепции поповщины и убедительно доказал свою правоту. Своих противников он вызывал на честный научный спор Но сторонниками его начинании были лишь единицы.

И среди них английский хирург и психолог Герберт Майо, который на конференции врачей в Лондоне в 1842 г. заявил, что метод Бреда является самым лучшим, быстрым и верным для погружения нервной системы в такое состояние, которое можно с успехом использовать для лечения больных. И все же труды подвижника Бреда оставались незамеченными не только в Европе, но и на его родине, в Англии; главный же труд его жизни. "Нейрогипнология", вышел в свет только после смерти автора.
Бред определил гипноз как "нервный сон или то своеобразное состояние нервной системы, которое может быть вызвано продолжительным сосредоточением и напряжением чувствительного взора, в особенности на предмете раздражающего свойства по его мнению, на субъекта в состоянии гипноза можно действовать трояко: посредством мускульного чувства, посредством давления на кожу (френогипнология) и посредством слов; все эти воздействия Бред назвал внушениями.
Действие внушения посредством слова Бред объяснил "моноидеизмом", по поводу которого пишет: "Моноидеизм" есть учение о влиянии господствующих идей на духовную и физическую деятельность; моноидеизм есть состояние, в котором душа подчинена одной господствующей идее; ...моноидеодинамические изменения суть физические и духовные изменения, как возбуждение, так и угнетение, появляющиеся вследствие моноидеизма".
Одной из главных причин перемены состояния мозга при гипнотизме Бред считал изменения в составе крови в результате нарушения равновесия между биением сердца и дыханием.
В трактате даны не только талантливое предвосхищение физиологического понимания гипнотического состояния, но и разносторонние клинические приемы возможного использования гипноза в лечебных целях и, что в первую очередь, было важно для хирургии того времени, для обезболивания во время операции. Не останавливаясь на некоторых существенных ошибках Бреда, важно сказать, что исследование этого состояния для лечебных целей знаменовало собой окончание многовекового периода фантазий и вымыслов о гипнозе и начало эры научной гипнологии.
З. Фрейд
Во Франции, где со времен Месмера большинство французских врачей сохранило твердое убеждение в бесполезности, а может быть, и вреде "месмеризма", нашлись все же врачи, которые продолжали заниматься гипнозом. Так, в 1829 г. Клокэ применил гипноз для анестезии при оператив ном удалении рака грудной железы. -В 1842 г. Вард использовал это явление при ампутации бедра.

В 1845 и 1846 гг. Лавуазель произвел под гипнозом ампутацию голени и вылущивание опухоли шейных желез.

В 50-х годах профессор Фай в Стокгольме с успехом воспользовался гипнозом для обезболивания операции на матке. В 1859 г. внимание Франции привлекло сообщение профессора хирургии Азама (Azam) , сделанное им на заседании Хирургического общества, о возможности достижения нечувствительности в результате применения гипноза.

В этом же году врачи Брока, Фоллэн и Герино с успехом произвели под гипнозом несколько ампутации, вскрытий больших нарывов, прижиганий калёным железом и удалении зубов.



Содержание  Назад  Вперед