Высказывания клиента вполне справедливы


Раз я прошу вас медленно пробуждаться, медленно начинать пробуждаться, медленно пробуждаться; два пробуждаться во все большей и большей степени; три во все большей и большей степени; четыре, пять.
А сейчас я прошу вас открыть глаза, открыть глаза, открыть глаза. (Щелкаю пальцами). Теперь вы полностью пробуждаетесь.
Проснитесь. (Испытуемая выходит из транса).
Психолог: Все в порядке. Как вы себя чувствуете?
Испытуемая: Я еще немного сонная.
Психолог: В самом деле?
Испытуемая: Да.
Психолог: Могли бы вы описать свои ощущения?
Испытуемая: Я чувствую, как будто бы совершила какое-то очень далекое путешествие.
Психолог: Что вы помните?.
Испытуемая: Я думаю... я... я... Мне кажется, что я помню, что вы мне говорили.
Психолог: Значит ли это, что вы помните практически все?
Испытуемая: Да, я думаю, что да.
Психолог: Нет ли у вас какой-нибудь мысли или какой-нибудь идеи, которую бы вы хотели обсудить со мной? Мне кажется, что, судя по вашим интонациям, у вас что-то такое есть.
Испытуемая: Я все еще чувствую себя сонной.
Психолог: Вы по-прежнему сонная?
Испытуемая: Да, именно так.
Психолог: Ваши глаза все время закрываются.
Испытуемая: Да.
Психолог: Все в порядке. Сейчас вы проснетесь, вы проснетесь.
Сейчас вы полностью придете в себя.
Вы будете чувствовать себя отдохнувшей.
(В большинстве случаев сонливость, обусловленная трансом, не сохраняется так долго, как в этой ситуации).
Психолог: Болит ли у вас голова? А может быть, вы испытываете какие-нибудь другие ощущения?
Испытуемая: Нет, я чувствую себя так, что могла бы спать в течение 48 часов.
Психолог: Все хорошо, через минуту или две вы полностью придете в себя. Я думаю, что вы будете очень хорошо реагировать на гипноз.
Я думаю, что нам скорее всего удастся научить вас искусству погружаться в состояние очень глубокого транса.
Испытуемая: Это было бы чудесно.
Психолог: Не приходило ли вам в голову, что вы можете воспротивиться внушению? Я имею в виду вашу реакцию на то, что я вам внушал.
Испытуемая: Вначале я испытывала ощущение, что вообще не загипнотизирована. Но потом я поняла, что загипнотизирована.
Психолог: Что привело к тому, что вы поняли это?
Испытуемая: Мне казалось, что я сумею оказать противодействие любым внушениям. Но я убедилась, что не смогу сделать этого.
Психолог: Действительно ли вы пытались сопротивляться?
Испытуемая: Да, я в самом деле попыталась это осуществить.
(Если бы испытуемая действительно испытывала сильное стремление противодействия, она могла бы это сделать).
Психолог: Все нормально, большинство людей, вышедших из транса, считают, что они не были загипнотизированы; они ощущают, что могли бы сопротивляться внушению. Так вот, это действительно так; они могли это сделать.
Испытуемая: Да.
Психолог: Но в состоянии транса люди обычно этого не хотят.
Испытуемая: Нет.
Психолог: Таким образом, если кто-то чувствует, что в действительности не был усыплен, то он не очень ошибается, поскольку в самом деле не был усыплен. Он находился, по сути, в состоянии умеренного расслабления, в котором ощущал, что внушение оказывает на него влияние вопреки его желанию.
Было ли у вас впечатление, что происходит нечто вопреки вашей воле, или, быть может, нечто в этом роде?
Испытуемая: Да, я чувствовала это, чувствовала это... Когда вы мне сказали, что моя рука становится онемевшей, я подумала да, именно
так, что на самом деле этого не произойдет. А потом я почувствовала это, совершенно, как после введения новокаина, такое онемение, сочетающееся с мурашками, какие были и у вас, если вам когда-нибудь вводили новокаин, ну, вы знаете...
А потом мне показалось, как будто бы на моей руке тяжелая кожаная перчатка. Психолог: Понимаю..
Испытуемая: В самом деле, это меня поразило. Психолог: Действительно так было?
Испытуемая: Да, было именно так.
Психолог: Хорошо.
С помощью гипнотерапии можно добиться желаемых результатов и у людей, которые погружаются в транс не очень глубокий (пример, приведенный выше) и глубокий. Таким образом, независимо от глубины гипноза, если испытуемый чувствует себя загипнотизированным, его внушаемость мобилизуется сразу и целиком.

Если же он не чувствует себя загипнотизированным, его внушаемость остается заблокированной.
Подытоживая сказанное о приемах и способах авторитарного гипнотизирования, нужно отметить, что гипнозу способствует все, что в прошлом совпадало с сонным состоянием. Можно гипнотизировать и под звуки метронома или зуммера, и под пение колыбельной, и под звуки журчащего ручейка, и под звуки ноктюрнов.
Но, само собой разумеется, в каждом отдельном случае необходим индивидуальный подход, для каждого индивида необходимо выбрать определенный способ или прием гипнотизирования.
Приведенные способы гипнотизирования только примеры из множества подобных, которыми можно с успехом пользоваться.
Формула внушения должна строго индивидуализироваться. Прежде всего она должна быть понятна и коротка, произносить ее необходимо всегда отчетливо.
Следует произносить слова несколько отрывисто, сжимая губы, и с некоторыми паузами, как это иногда делается при команде.
Но только нужно иметь в виду, что командовать это далеко не то же самое, что внушать. Не нужно резко приказывать, но нельзя и просто просить.
Вы должны говорить вежливо и мягко, звуки речи должны быть такой интенсивности и с такими интонациями, чтобы каждое слово “проникало в душу”.
Гипнотическая формула должна производить впечатление несомненности реализации, звучать категорически и спокойно. Если слова будут произнесены робким, неуверенным голосом, они утратят свое суггестивное значение.
Касаясь самой техники проведения гипнотического сеанса любым из вышеперечисленных методов, следует оговориться, что особенно на первом сеансе совершенно нецелесообразно прибегать к внушению сна, так как это может не удаться. Лучше всего на первом сеансе гипноза не стремиться достичь очень многого.
Обыкновенно довольствуются тем, что пациенту при легком трансе внушают ощущение тепла.
Если же создается впечатление, что возможен глубокий гипноз, это можно проверить, назвав какое-нибудь число. Если пациент не может повторить это число после пробуждения, значит, он действительно был в состоянии глубокого гипноза.
Некоторые авторы рекомендуют не пользоваться словом “сон”, чтобы избегать его ожидания со стороны пациента, а говорить о “состоянии, подобном сну”. Кроме того, желательно повторять:
“Вы ясно слышите то, что я говорю”. Эффект достигается и таким путем, пациент же не испытывает излишних сомнений.
После проведения сеанса попросите пациента рассказать о том, что он пережил и чувствовал в гипнотическом состоянии. Конечно, если гипнотический транс был поверхностным, клиент может уверять, что “все слышал”, “не спал” и разве только чувствовал некоторое утомление и ощущал тяжесть в конечностях.

Некоторые добавляют, что даже при очень поверхностном гипнозе ощущали “тепло в теле”.
Это не должно смущать начинающего гипнолога.
Высказывания клиента вполне справедливы.
Больше того, даже если первый опыт был неудачным, это еще не доказывает вообще невозможности гипнотизирования данного субъекта. Нужно терпеливо повторять сеансы снова и снова.
7. Недирективный гипноз
В отличие от строго определенных и авторитарных методов гипноза недирективный подход более гибкий, индивидуальный и недекларированный.
Один из таких методов носит имя известного психотерапевта, гипнолога Милтона Г. Эриксона.
За свою долгую жизнь Эриксон успел многое: он вырастил восемь детей, вылечил 30 000 больных, стал самым знаменитым врачом-гипнотизером своего времени. В его небольшой домик в столице штата Аризона Фениксе, где Эриксон жил с 1948 года, стекались больные со всего света.
Милтон Г. Эриксон родился в бревенчатой хижине в маленьком шахтерском городке на западе Соединенных Штатов Америки в 1901 году. У Эриксона было нарушено цветовое зрение: из всех цветов спектра он лучше всего различал пурпурный.
Предметы, которые его окружали, были по преимуществу пурпурного цвета.
Он не различал звуки по их высоте, и воспроизвести даже самую простую мелодию было для него делом совершенно невозможным. Но и это еще не все.
В 17 лет он заболел полиомиелитом и пролежал некоторое время полностью парализованным, сохранив только способность водить глазами.
Эриксон говорил, что полиомиелит стал его лучшим учителем в познании человеческих возможностей. Наблюдения за жизнью захолустной фермы вот все его впечатления тех долгих месяцев.
С обостренным вниманием юноша стал примечать, что язык тела его сестер, работников, родителей не совпадал с их словами, и эта бессловесная реакция иной раз точнее отражала истинные чувства людей.
Когда Эриксон выздоровел полностью, благодаря разработанной им самим программе реабилитации, он стал развивать в себе способность читать истинные переживания окружающих. Рожденный с недостатками слуха и зрения, а теперь еще и полупарализованный, Мил-тон обратил свои физические недостатки в преимущества, добившись удивительных успехов в наблюдении за людьми.



Содержание  Назад  Вперед