Пример 6: обсуждение



ПРИМЕР 6: ОБСУЖДЕНИЕ
Так как др С. участвовал в семинаре, он, по всей вероятности, попал сюда, чтобы научиться. С другой стороны, он "верил", что для него невозможно быть загипнотизированным. Задача, следовательно, состояла в том, чтобы использовать эти два фактора так, чтобы это было приемлемо для него. Сообщая группе, что он не может быть загипнотизирован, я тем самым "признавал" это и использовал этот аспект. Подчеркивая обучающий характер встречи, а затем прося его "притвориться" в целях обучения, я использовал и эту его часть.

Построив ситуацию таким образом, что он мог просто "притворяться", я позволял ему верить в то, что это все еще "невозможно", и все же с помощью симуляции он может научиться. Конечно, если вы при творитесь, что поднимаете правую руку, вы в большинстве случаев действительно поднимете ее.
 

КОММЕНТАРИИ
Просьба к субъекту или пациенту сама по себе является мощным методом утилизации. Притворство вызывает у человека воспоминание о тех сторонах, которые необходимы, чтобы "притвориться". Я просил людей притворяться, будто они знают, что им потребуется для решения проблемы или преодоления страха и т.д. В подавляющем большинстве случаев их притворные ответы были важными ключами, отпирающими нужные двери.

К тому же, "притворный" подход является мощным методом индукции. Когда субъект говорит вам, что он почувствовал бы, если бы "действительно" находился в гипнозе, он в большинстве случаев дает вам точный план действий. И, наконец, др С. в результате своих "притворных" гипнотических переживаний, начал испытывать важные перемены в своей жизни.

Несколько недель спустя после нашей встречи он пригласил меня на ленч. Во время ленча он рассказал мне, что у него с женой были трудности в сексуальном плане. Но после тренировочного семинара он стал чувствовать себя свободно, стал проще смотреть на вещи и стал сексуально активным с женой. Дополнительно он сообщил мне, что в течение недели после семинара он "постоянно уплывал" кудато, терял нить происходящего и был везде один все внешнее "потеряло важность".

Я сказал ему, что он блестящий гипнотерапевт, и что его способность не понимать помогла ему приобрести понимание.
 

ПРИМЕР 7
Б., 38летний доктор обратился ко мне с целым "списком" проблем. Он составлял этот список очень внимательно и сообщил мне, что проблемы в нем перечислены в порядке важности. Б. сказал мне, что он прошел несколько курсов по "профессиональному гипнозу" (я предполагаю, что другие курсы были для него "непрофессиональными") и посещал многие семинары по гипнозу.

Он признался, что использует самогипноз, но оказался не способен решить свои проблемы таким способом. К тому же, Б. лечился у психотерапевта около года, но говорил, что не добился почти никакого прогресса. Я спросил, почему он продолжал целый год лечиться, если, по его мнению, это ничего не давало. Он ответил: "Я люблю заканчивать то, что начал, и очень терпеливый человек".

Когда я спросил его, что он делает для расслабления, он ответил: "Когда я хочу расслабиться, я более или менее отключаюсь. Я достигаю этого, включая какуюнибудь музыку в очень низкой тональности, затем закрываю глаза и настраиваюсь на эту музыку, после чего начинаю процесс погружения". (Интересно, вычислили вы его предпочитаемую систему, читатель?)
Собрав некоторую дополнительную информацию, я стал рассказывать ему несколько метафор с целью "напомнить" ему, что мы делаем многие вещи, не продумывая их в деталях. Я хотел, чтобы он вспомнил, что есть много областей, в которых мы полагаемся на наши бессознательные процессы и это освобождает наш "логический" ум для других целей. (Я уверен, что читатель "видит", что Б. очень логичный человек: проблемы в списке, систематическое изучение гипноза и т.д. Вы можете… ТЕПЕРЬ УЗНАТЬ…, что предпочитаемая система у него аудиальная). Когда я рассказывал ему очередную метафору, я наклонялся слегка вправо и говорил мягко и монотонно (вспомните его упоминание о музыке).

Давая ему так называемую "фактическую", "логическую" информацию, я наклонялся влево и говорил более быстро с живой интонацией. Через некоторое время, когда я наклонился вправо и переключился на монотонность, Б. уже сидел совершенно неподвижно и пристально смотрел. Когда я наклонился влево, он "заерзал" и лицо его оживилось.

К концу первого сеанса Б. сказал: "Я знаю, вы чтото делаете со мной. Я чувствую, что чтото происходит, но не могу это вычислить. Не собираетесь ли вы попытаться загипнотизировать меня?" Я рассмеялся и сказал: "Я все еще пытаюсь вычислить, как сделать так, чтобы вы не входили в гипноз так легко!"
Наша вторая встреча была в основном повторением предыдущей. Метафоры теперь были больше направлены на его "список". Каждый раз, когда я заканчивал метафору, я смотрел на него несколько секунд не мигая.

Затем я мигал несколько раз, наклонялся влево и давал ему некоторое количество "логической" информации. Когда мы подошли к концу сеанса, он опять сказал:
"Не собираетесь ли вы попытаться загипнотизировать меня?" Я рассмеялся, наклонился вправо и стал смот реть на него. Б. немедленно "застыл" и тоже стал смотреть неподвижно. Затем я сел прямо и Б., мигнув несколько раз, сказал: "Эй, похоже вы все время гипнотизируете меня?" "Можно сказать и так, ответил я, одновременно медленно кивая головой „да", хотя, такой вещи как гипноз не существует". Затем я наклонился вправо и стал двигать губами,.как будто говорю.

Однако, не издавая ни звука, Б. снова "застыл", его глаза остекленели, тело обмякло. Очень мягко я сказал: "Нет еще. Следующая неделя будет достаточно скоро". Затем я сел в кресле прямо.

Б. мигнул несколько раз и сказал: "Оо, это было странно. Я знаю, что вы загипнотизировали меня, только не знаю как". На этом мы закончили второй сеанс.

ТРЕТИЙ СЕАНС
Б. пришел ко мне в кабинет и сел с выражением ожидания на лице. (Можно сказать, что он изменяет свое состояние, готовясь к изменению состояния). Я спросил его, не случилось ли с ним чегонибудь интересного за последнюю неделю. Он ответил: "Да, немного.

Я стал больше смеяться и чувствую себя более свободным в движениях. Мой персонал говорит, что я выгляжу намного спокойнее. Единственная проблема не могу вычислить почему".

На это я сказал: "Хорошо, вы очень логичный человек, но в прошлом вы были полностью нелогичны в попытках разрешить свои проблемы. Так как с логикой вы потерпели неудачу, нелогично делать то же самое, только в большем объеме. В конце концов, если бы логика была ответом на ваши вопросы, вы бы сами смогли логически решить проблемы". (Давая ему это логичное нелогичное объяснение, я медленно наклонился вправо и переключился на монотонность). Я наклонился к его левой руке и медленно и мягко приподнял ее. Когда его рука была примерно в футе от ручки кресла, я задержал ее и сказал: (все еще монотонно) "Сейчас вы знаете, где находится ваша рука, потому что вы видите ее.

Однако, хотя вы и доктор, вы вряд ли сможете по порядку назвать все мускулы, которые… держат вашу руку так, как сейчас (бессознательное внушение каталепсии руки). В этот момент Б. был совершенно неподвижен, смотрел не мигая и был в полном трансе по отношению к происходящему. Я продолжил: "Теперь… когда вы закроете глаза, вы не сможете знать, где находится ваша рука, только потому что вы видите ее.

Вместо этого вы вполне можете позволить себе испытать все ощущения этого. Многое из того, что сейчас говорится направлено на две цели: 1) введение в транс, 2) метафорический подход к „реальной" проблеме изоляции от испытывания чувств вообще. И если вы продолжите улавливать все эти приятные чувства, не действуя… и возможно, не понимая, то мой голос будет звучать как мягкая музыка, и вы можете продолжать погружаться".
В этот момент я дал Б. некоторое направление на разрешение его проблем и сказал ему: "Ваша рука, возможно, останется зажатой, совсем такой, каким вы были, пока не обнаружите, как стать более гибким в вашей личной жизни". Через двадцать минут рука Б. медленно двинулась вниз. Вместо того, чтобы положить конец своему гипнотическому состоянию, он стал углуб ляться в него. Я сказал ему, что его бессознательное должно решить, готов ли он вернуться "в это время и место" или же ему нужно продолжить то, что он делает.

Б. оставался в "этом состоянии" еще час и 15 минут. Мне пришлось перейти в другой кабинет, чтобы принимать следующих посетителей.
За последующие несколько недель Б. изменился самым серьезным и замечательным образом. Лучше всего он выразил это сам, сказав: "Раньше все казалось таким серьезным и важным жизнь или смерть. Теперь у жизни появилась забавная сторона, а серьезная осталась для решения действительно серьезных проблем.

И забавно то, что теперь я добиваюсь большего, затрачивая меньше усилий".

ОБСУЖДЕНИЕ
Этот пример наполнен утилизациями. В нем процессы индукции и целевые терапевтические процессы зачастую совершенно переплетались, изза чего трудно провести четкое разграничение между ними. Но определенные факторы можно ограничить и осветить.
Б. обучался традиционным методам гипноза, в том числе и на себе. Однако "это" не давало результатов. Поэтому, без сомнения, любое использование так называемых традиционных подходов постигла бы такая же судьба Другими словами, любая прямая попытка загипнотизировать Б. скорее всего не имела бы успеха.

Это подтвердилось, когда в конце первого сеанса он сказал: "Не собираетесь ли вы ПОПЫТАТЬСЯ загипнотизировать меня?" (В этом контексте слово "попытаться" означало: я знаю, что у вас не получится, но давайте попробуем). К тому же Б. лечился у обычных терапевтов почти год и безрезультатно. Поэтому помогать ему в приобретении большего "внутреннего" и "логического" понимания значило бы добиваться еще больше того же самого… НИЧЕГО.



Содержание  Назад  Вперед