Я постепенно ухожу от своих переживаний


г) Иногда ландшафт становится стимулом для высокой активной деятельности. Один студент, покушавшийся на самоубийство, безуспешно пытался следовать совету врача заняться физическим трудом, в особенности рубкой дров, потому что ему не представлялась возможность и у него не было времени. Когда он шел по морскому дну через лес, он вспомнил этот совет, очень быстро превратил свою палочку в пилу,
топор и начал со всей силой пилить, а потом колоть дрова. Это он делал на протяжении нескольких недель, через каждые два-три дня по полчаса, и каждый раз он чувствовал облегчение от своей агрессии.
Здесь даны только некоторые примеры, необходимые для знания теории и техники этих упражнений. Пациентам нужна, с одной стороны, полная свобода для их собственных переживаний, с другой, им нужно дать направленность, чтобы они могли избежать опасностей и чтобы не было никаких неожиданностей.
Подавляющее большинство всех тех, кто предпринимал этот разъясняющий путь на дно моря, часто описывает его в превосходной степени, как самое важное, самое обогащающее, самое разъясняющее, самое освобождающее и осчастливливающее переживание.
При самогипнозе путь на дно моря становится для многих очень простым и доступным. Так же тщательно нужно готовиться к обратному пути.
На общем курсовом занятии этому отводится не менее трех минут.
Формула звучит так: “Я постепенно ухожу от своих переживаний и иду совершенно спокойно, шаг за шагом обратно”. При необходимости последние слова можно повторить:
“Я возвращаюсь совершенно спокойно, шаг за шагом к берегу моря”.
Дальнейшее удаление образа происходит, когда руководитель эксперимента, гипнолог, просит поднять руку всех тех, кто добрался до берега. Затем следуют обычные формулы: “Образы уходят, образы исчезли.
Я считаю до пяти... руки напрячь, глубоко вздохнуть, глаза открыть”.
“Путь на вершину горы”
Представлению о направлении вниз соответствует направление вверх. Теоретически оно может непосредственно примыкать к упражнению “Путь на дно моря”, но это требует довольно большой затраты времени, а также в значительной мере утомит большинство пациентов.
Проводя индивидуальные занятия, доктор К. Томас и профессор Берта, предоставляют своим пациентам самим выбирать, когда им удобнее со дна моря отправиться в путешествие на вершину горы.
Как правило, советуется основательное изучение мира животных, прежде чем они столкнутся с другим, не менее разнообразным миром.
При этом не имеет значения, будут ли они названы, как их называл Фрейд, “Оно” и “Сверх-Я”, или этот мир будет иметь другие обозначения по сравнению с действительными переживаниями.
К этим переживаниям подводят формулы, похожие на те, которые подводили ко дну моря:
“Перед моим внутренним взором развивается образ, я представляю (или вижу) высокую гору. Образ делается четче, образ ясно стоит передо мной”.
В пути на гору не нужны волшебная палочка и волшебное кольцо. Исходя из логического содержания, просторы высоты верхнего мира “неба” обычно действуют положительно, и никогда не наблюдалась опасность, от которой требовалась бы защита.
Если, несмотря на логику и ожидание, все-таки наступит неприятная ситуация, то, исходя из воспоминаний о более раннем пути на дно моря, в распоряжении имеются все те же средства защиты.
Когда гору увидят, то следующая формула звучит так (повторяется многократно): “Я спокойно, шаг за шагом поднимаюсь все выше и выше. Теперь я сам могу что-то сделать для преодоления своих трудностей.
Я замечаю, что я иду вперед и что я поднимаюсь вверх”.
Одной 72-летней пациентке, страдающей тяжелой формой деформирующего артроза, которая с трудом могла передвигаться на костылях, посоветовали использовать воздушный шар, чтобы путь для нее был не таким тяжелым. Опыт не удался.
При словах: “Я сажусь в гондолу воздушного шара” ее закостеневшие конечности создали для нее непреодолимую преграду.
Напротив же, путь на вершину горы на следующем занятии, пишет К. Томас, она смогла совершить без усилий и без применения вспомогательных средств.

Некоторым бывает недостаточно воздушного шара для высотных полетов, например, 36-летний ученый парил с чувством счастья “в свободном полете по космосу, между планетами и солнечной системой”, прежде чем он вернулся на вершину горы, где наслаждался солнечным светом и открывшейся необозримой панорамой.
Подобным же образом 27-летняя стенографистка летала, “как птица, над прекрасным ландшафтом”. Переживания на вершине горы не менее разнообразны, чем на дне моря.
Здесь опять можно выделить несколько групп, которые охарактеризованы К. Томасом.
1) Переживания света. Часто сопряженные с приятной теплотой, они немало способствуют общей эйфории, состоянию душевного благополучия. Часто указывалось на различные стороны
тела, чаще на его левую половину говорили, что ощущают прохладу и замерзают. Если ее на горе поворачивали к солнцу, то ее пронизывало приятное тепло, иногда с ощущениями “оттаивания”.
И неудивительно, что пациентки, обладающие холодными чувствами, после таких упражнений говорили о том, что они стали более сердечными в своей жизни.
2) Религиозные переживания. Почти все пациенты доктора Берта и профессора Томаса говорят о религиозном переживании в широком смысле этого слова.
По исключениям можно судить о сути этих переживаний.
Когда пациенты ощущают, что они добрались до вершины горы, они произносят формулу: “Я смотрю вокруг себя на то, что я вижу и переживаю”.
Некоторые пациенты увидели небо пустым, когда они добрались до вершины горы. Они могли узнать только голубое небо, один из них увидел одиночное облако.
По мировоззренческому принципу совершенно обоснованно можно сказать, что в этих случаях речь шла об атеистах. При этом никоим образом не происходит совпадение осознанных убеждений и переживаний образов, и один из важнейших итогов этих упражнений может заключаться в том, что становятся явственными чрезвычайно многие вытесненные религиозные желания, страсти и переживания.
Типичным примером может служить сообщение 31-летнего инженера, который слышал на курсах, без дополнительных подробностей, что часто бывают религиозные переживания. “Со мной этого не может произойти, так как в моей жизни вопросы религии не играют вообще никакой
роли”, думал он. На вершине горы он увидел крест, на котором висел живой Иисус Христос и который сказал ему: “Как долго ты еще будешь уклоняться от выбора решения?
Ты давно знаешь, что ты должен сделать выбор”.
Инженера это очень задело, и в личной беседе он сказал, что только сейчас он вспомнил о некоторых переживаниях, которые имели место 18 лет назад, когда он хотел стать священником. Он охарактеризовал этот образ Христа как очень сильное религиозное переживание.
Ни в коем случае, говорит Томас, все религиозные переживания не несут специфического христианского выражения. Некоторые довольно общи: переживания величия, доброты и всемогущества Бога по отношению к широте его творения, которая простирается у подножия горы.
Представлены также переживания общего толкования морали, очищения в горном ручье или ощущения благоговения, покорности и благодарности.
У некоторых пациентов религиозные переживания сопряжены с искусством. Например, один пациент слушал музыку Баха. Наиболее часто переживаются образы рая, небесной благодати, золотого Иерусалима с жемчужными вратами, подъем и спуск ангелов по ступенькам или лестнице и т. д.
3) Переживания просветления. Путь на вершину горы приносит убеждение в том, что нужно делать, дает ясность, особенно, когда нужно принимать решения.
Здесь Томас выделяет область, для которой ни в одном другом методе психотерапии нет совета или опыта.
Приводятся примеры, которые, я думаю, следует рассмотреть.
62-летний банковский служащий из-за болезни раньше ушел на пенсию. Он заболел спустя 6 лет после смерти его матери.
Он страдал различными физическими последствиями спастического паралича и реактивно-депрессивным изменением настроения, с тяжелым чувством вины.
Он говорил, что его никто не любит, и о том, что виноват перед матерью в том, что не всегда о ней заботился. При помощи гипнотической и аутогенной имагогики он многократно пытался (при помощи метода полета на воздушном шаре) подняться в “царство облаков”, нашел там райские врата и наконец встретился с матерью.
Без какого-либо влияния извне он три различных дня имел получасовые беседы со своей матерью, которые закончились полным прощением.
Эти переживания очень сильно воодушевили пациента.
Они, правда, не привели к исцелению, но имело место значительное улучшение его физического состояния, а также полностью исчезла депрессия.
Совершенно по-другому переживание просветления познала 24-летняя женщина в США, которая искала прежде всего ясности в профессиональном будущем. Она была чрезвычайно трезвая, деловая женщина, которая во время первого (гипнотического) видения образов при помощи воздушного шара была так охвачена чувством свободы полета, что сразу же после внушения образа твердо приняла решение: “Я стану летчицей”.
Уже на следующий день она записалась на курсы.
На протяжении многих месяцев она сравнивала реальные ощущения полета с теми, которые имела от аутогенной имагогики, дополнявшие друг друга. Ее убеждение, что в переживании свободы



Содержание  Назад  Вперед