Глава 1   Глава 2



Теория краткосрочной торговли 2


«Ценовое поведение! Графики!» — кричат сторонники технического ана­лиза и большинство игроков на краткосрочных колебаниях. В поведении цен хорошо уже то, что оно (поведение) видно на графиках, тут есть, на что смотреть и анализировать. Наиболее часто обращают внимание на (1) цено­вые фигуры, (2) индикаторы, основанные на ценовом поведении, и (3) тренд или моментум цены. Не столь известный, четвертый из моих основных ин­струментов, — это возможное влияние, оказываемое одним рынком на дру­гой. Помните систему для S&P 500 и то, насколько лучше она стала работать, когда мы ввели условие восходящего тренда бондов? Это пример рыночных взаимосвязей, которые я буду подробно обсуждать немного позже.

Наш последний, пятый, набор данных складывается из того, чтобы сле­довать принципу, который гласит: толпа часто бывает не права. Что касает­ся краткосрочной торговли, то здесь трейдер — всегда чистый неудачник. Всегда был им и всегда будет. Цифры, свидетелем обсуждения которых я был на протяжении долгих лет, говорят, что 80 процентов всех участников рынка теряют все свои деньги, вне зависимости от того, торгуют ли они ак­циями или товарными фьючерсами. Таким образом, их разочарование в сделанных ставках должно привести нас к тем самым краткосрочным взрывам, ведущим прямой дорогой к прибыли. Имеются различные спосо­бы измерения настроя публики: они называются индикаторами настрое­ний (sentiment indicators). Два лучших, которые я знаю, — это опросы обще­ственного мнения Джейка Бернстайна (Jake Bernstein) и «Market Vane» .

Для краткосрочной торговли я предпочитаю Джейка, потому что он ка­ждый день после закрытия действительно обзванивает 50 трейдеров, что­бы выяснить, придерживаются ли они бычьих или медвежьих настроений на каком-то определенном рынке. Так как они краткосрочные трейдеры и, по определению, обычно не правы, мы можем использовать их как указа­тель, когда не стоит быть покупателем или продавцом. Я не стремлюсь ис­пользовать их в качестве исключительного и самостоятельного индикато­ра для покупки или продажи, а использую, скорее, как инструмент, кото­рый не должен находиться в согласии с моей собственной, собранной вручную, системой торговли. Если все активно продают, я не хочу прода­вать вместе с ними. Возможно, я и не всегда игнорирую общественное мне­ние, но уверен, что не хочу, чтобы все сидели на моей стороне стола.

«Market Vane» черпает сведения о настроениях от авторов информацион­ных бюллетеней, а не от краткосрочных трейдеров. Поэтому их индекс боль­ше подходит для долговременных прогнозов развития рыночной ситуации.

Итак, теперь у вас есть пять главных элементов, которые, как я обнару­жил, могут помочь распознать краткосрочные взрывы. Мы будем наклады­вать эти «инструменты» или события на структуру рынка, чтобы получить возможность вовремя примыкать к движениям, направленным вверх или вниз. Так как все эти инструменты могут быть определены количественно, то логическая процедура должна преобразовать наши наблюдения и инст­рументы в математические модели. Следующий логический прыжок, со­вершаемый трейдерами, состоит в том, что коль скоро математика точная наука (два плюс два всегда равно четырем), должно быть точное решение и для торговли, и математика может дать этот ответ.

Ничто не может быть дальше от правды. Не существует 100-процентно­го правильного механического подхода к торговле. Действительно, имеют­ся инструменты и методы, основанные на наблюдениях, обычно работаю­щие, но причина, по которой мы теряем деньги, в том, что мы или пришли к неправильному выводу, или не имели достаточно данных, для правиль­ного вывода. Поэтому ни математика, ни механика не решают проблему. Правда о рынке рождается из всеобъемлющих наблюдений, правильной логики и верных заключений, основанных на имеющихся под рукой дан­ных.

Я заявляю вам об этом прямо в лицо, чтобы вы не утешали себя мыслью, будто спекуляция просто слепое следование за лидером, системой или ру­ководствуется абсолютно выверенным подходом. Если о рынках и можно сказать что-то с определенностью, так это то, что многое на них меняется. В начале 1960-х рост показателей денежной массы рассматривался как очень бычий фактор, всегда приводивший к повышению цен акций. По не­известной причине в конце 1970-х и начале 1980-х увеличение показателей денежной массы, публикуемых Федеральной резервной системой — самой большой из всех частных корпораций, — вызывало падение цен акций. В 90-е годы на денежную массу никто и не смотрит, на рынок она почти не влияет. То, что когда-то было священным, сегодня стало очевидно бес­смысленным.

Один из рынков, на которых я торгую наиболее активно, — это рынок бондов, и он торгуется совершенно иначе после 1988 г., чем до него. Почему? До октября того года была только одна торговая сессия, а затем мы получили вечерние сессии и в конечном счете — почти 24-часовый рынок. Это изменило характер торговли. Больше всего исследователей запутывает, что «в былые дни» Федеральная резервная система выпус­кала по четвергам отчеты, оказавшие огромное воздействие на цены бон­дов в пятницу. Этот эффект был столь велик, что в одном популярном романе послужил центральной темой уолл-стритовских махинаций.

Во время написания этих строк, в 1998 г., никаких «четверговых докла­дов» уже нет, а пятница теперь и выглядит по-иному, и торгуется совер­шенно иначе.

Лучшую услугу, которую вы можете мне оказать как читатель моего труда, это не только изучить мои основные инструменты, но и научиться оставаться активным и восприимчивым к тому, что происходит вокруг. Ве­ликие трейдеры, а я надеюсь, вы таковым станете, достаточно умны, чтобы замечать изменения и вовремя реагировать на них. Они не запираются в «черные ящики» неизменных подходов к торговле.

Одним из истинно великих трейдеров периода с 1960 по 1983 гг. был бывший профессиональный игрок в бейсбол Фрэнки Джо (Frankie Joe). Фрэнки обладал большим умом и смог выработать свой собственный под­ход к торговле. Он был отличным парнем, остроумным, как гвоздь, и пре­красным собеседником. После трех лет дружбы он показал мне свою техни­ку, состоявшую в том, что на фондовом рынке нужно было продавать на подъемах и покупать на падениях. Вот и все, что в ней было — ни больше, ни меньше. Это была великолепная техника в тот период, и она принесла Фрэнки состояние.

Затем появился в высшей степени предсказуемый и все же непредска­зуемый самый бычий рынок всех времен, порожденный налоговыми и бюджетными сокращениями Рональда Рейгана. Возникновение этого бычьего рынка было весьма предсказуемо. Но никто не предвидел, что в течение всего этого времени не будет никаких откатов, как мы это наблю­дали в предыдущие 18 лет. Этого не предвидел даже один из самых вели­ких трейдеров всех времен Фрэнки Джо. Он продолжал продавать на подъ­емах и никогда не закрывался на падениях; их попросту не было. В конеч­ном итоге он так расстроился из-за потерь и отсутствия успеха (как все великие трейдеры, он очень ревниво относился к своим победам), что по­кончил жизнь самоубийством.

То, что работает, работает и в этом бизнесе, но зачастую очень недолго, вот почему я так восхищаюсь балеринами — они всегда стоят на цыпочках.