Какие мы в жизни 7


 

Таким образом, в связке с валютным дилером мы совершали арбит­ражную операцию. Изобразим ее графически. Для конкретики: в мо­мент времени t заключаем срочный контракт на куплю на форвард­ном рынке и на продажу на фьючерсном рынке (рис. 22). Как уже пояснялось в первом примере, независимо от значения котировки в день экспирации (закрытия) форвардного и фьючерсного контрактов (.2), мы получим арбитражную прибыль, зафиксированную в момент совершения сделки t.

Отметим также, что рынок зачастую дает возможность еще сильнее повысить доходность арбитражной операции. Например, в момент времени t3 мы можем провести еще одну арбитражную сделку. Однако теперь мы будем покупать фьючерс и продавать форвард. В этом слу­чае нам не нужно ждать даты закрытия контрактов для того, чтобы зафиксировать прибыль. Проведя второй арбитраж, мы фиксируем прибыль по обеим арбиражным сделкам. Мы также снимаем с себя риск оплаты маржи. Теперь о доходности этих операций. Обычно она составляла около 400% годовых и выше. Досрочное закрытие позиции обратными сделками еще в полтора-два раза увеличивало существую­щую доходность. Возможность этих операций исчезла уже в 1997 г

И связано это было с тем, что Центральный банк РФ стал жестко регу­лировать курс рубля по отношению к доллару. Исчезла долларовая волатильность, контракт стал неликвидным. В настоящее время пер­спективным мог бы оказаться арбитраж евро — рубль. Однако россий­ские валютные срочные рынки пока не восстановили свои обороты. Существенной причиной, способствующей текущему положению дел, явились также банковские кризисы. Дело в том, что в отличие от фью­черсных контрактов, торговля которыми является обеспеченной, фор­вардные контракты на межбанковском рынке заключались под чест­ное слово. Банки пользовались лимитами, в пределах которых дилеры имели право совершать валютные сделки. Однако этот механизм действовал только до той поры, пока с банком все было благополуч­но. В периоды банковских кризисов операции в пределах лимитов большей частью прекращались.