Конкретная социально-экономическая ситуация


Но профинансировать такие вложения можно только подняв внутренние цены на сырьевые ресурсы и оставив при этом весь девальвационный выигрыш у себя. Однако в этом случае произойдет значительное обособление экспортного, прежде всего топливно-сырьевого сектора экономики страны, усилится его собственная включенность в мирохозяйственные связи, резко сократятся потребительские расходы и расходы на социальную сферу, печальной будет судьба ориентированных на внутренний рынок "неконкурентоспособных" отраслей и производств. Реализация такого сценария представляется достаточно сомнительной прежде всего потому, что она будет зависеть от изменений реального курса рубля. В ситуации укрепления рубля поддерживающие конкурентоспособность топливно-сырьевого сектора инвестиции потребуют значительно больше средств, чем в ситуации "удешевления" рубля. Изменение реального валютного курса будет определяться как объективными обстоятельствами (изменение мировых цен на топливно-сырьевые ресурсы, а значит, и изменения в торговом балансе страны, выполнение наших обязательств по внешнему долгу, что оказывает соответствующее воздействие на централизованный спрос на валюту на внутреннем рынке, и др.), так и субъективными обстоятельствами, роль которых в России традиционно весьма велика.
Конкретная социально-экономическая и политическая ситуация в стране может заставить идти по другому варианту экономической политики, ориентированному на обеспечение соответствующего уровня потребления населения. В этом случае на передний план выходят отрасли и производства, ориентированные на внутренний рынок, а также регионы России, несущие основную социальную нагрузку. Производители сырьевых и энергетических ресурсов сохраняют на низком уровне цены на внутреннем рынке, фактически тем самым субсидируя отечественных производителей конечной продукции.

В своей бюджетной политике государство при реализации такого сценария экономической политики для поддержания своих социальных расходов должно будет увеличивать экспортные пошлины, акцизы и налоги на прибыль, а предприятия-производители индексировать заработную плату по мере роста инфляции.
Такой сценарий мог бы иметь свои перспективы в случае, если бы конечные отрасли российской экономики могли эффективно реагировать на расширение внутреннего спроса. Однако, к сожалению, в настоящее время конкурентоспособность основной массы отечественных предприятий, производящих конечную продукцию, невысока, они нуждаются в оборотном капитале. В сложном положении находятся многие предприятия аграрно-промышленного комплекса страны.

Если бы мы имели иную ситуацию, то вполне могла бы быть реализована концепция импортозамещения, связанная с девальвацией рубля. Иными словами, в этом случае мы могли бы получить эффект "проедания" девальвационного ресурса, причем все еще в значительной степени на основе потребительского импорта. Пойти по такому пути означает упустить шанс технологического обновления отраслей российской экономики, остаться в рамках конструкции инновационно-технологической "ловушки" и неэквивалентного внешнеэкономического обмена, в которую фактически загнана в настоящее время Россия, а в результате снова вернуться к ситуации стагнации, только в еще более худшем варианте.
Наиболее рациональным был бы вариант, при котором девальвационный ресурс удалось направить на инвестиции в реальный сектор экономики страны, на технологическую реконструкцию как конечных, так и сырьевых отраслей. В этом случае можно было бы сохранить на внутреннем рынке относительно низкие цены на топливно-энергетические и сырьевые ресурсы, но не использовать искусственные меры индексации заработной платы. Однако такой вариант экономической политики реально может быть осуществлен только при существенном сокращении вывоза (а тем более бегства) капитала из России.
Одним из центральных вопросов в реализации такого сценария экономической политики начала ХХI века в России является вопрос создания эффективных рыночных институтов, которые могли бы аккумулировать инвестиционные ресурсы при высоких рисках, реализовать на практике действенные схемы интеграции финансового и промышленного капитала, в основе которых должен лежать еще сохраняющийся в нашей стране научно-технический, инновационный потенциал.

В принципе возможен и комбинированный вариант первого и третьего сценариев (который на практике может оказаться наиболее вероятным), когда финансовый ресурс экспортеров идет сначала на капитализацию “своих” банков (работающих в нефтегазовом комплексе), а затем эти банки реализуют данный ресурс, например, в сопряженных отраслях машиностроительного комплекса. В такой ситуации складываются предпосылки обновления производственного аппарата обрабатывающей промышленности, без которого эффективное включение в мирохозяйственные связи невозможно, и этот, может быть последний, шанс будет упущен.
Понятно, что Россия не может осуществлять указанные сценарии в "инкубаторных" условиях, и страна в целом и ее корпоративный бизнес будут постоянно испытывать давление со стороны международных организаций, развитых стран с рыночной экономикой, транснациональных корпораций. В этих условиях реальной международной экономической жизни Россия и отечественный корпоративный бизнес должны учитывать и эффективно использовать факторы международной конкуренции и объективно существующие различия национальных экономических и политических интересов основных центров силы (США, Япония, ЕС, Китай, Индия). Следует в полной мере учитывать то обстоятельство, что эти центры силы объективно являются геополитическими и геоэкономическими оппонентами не только по отношению к России, но и  что весьма существенно  по отношению друг к другу.

Кроме того, нет гармонии и во взаимоотношениях ведущих промышленно развитых стран ("богатый Север") и развивающихся государств ("бедный Юг"), среди которых выделилась и активно укрепляет свои позиции в мировой экономике группа новых индустриальных стран, которая продолжает пополняться (вторая и третья "волна" новых индустриальных стран).
Важным фактором современной мировой экономики, который в полной мере должна учитывать Россия, является и дальнейшее развертывание интеграционных процессов, расширение рамок интеграционных объединений, что изменяет соотношение сил в мировой экономике и общую картину современного мира. В максимальной степени должны мы учитывать и усиление воздействия на мировую экономику крупнейших (нередко с глобальными масштабами деятельности) транснациональных корпораций. Россия не только будет испытывать на себе воздействие процессов транснационализации экономической жизни, но и должна будет развивать свой собственный транснациональный бизнес, создавать условия для экспансии отечественного капитала за рубежом.
Фундаментальным фактором, оказывающим нарастающее воздействие на общую геополитическую и геоэкономическую картину мира, становится процесс глобализации. Однако этот процесс также не столь однозначен, как может показаться на первый взгляд; ему присуща глубокая внутренняя противоречивость: с одной стороны, очевидным фактом является объективная обусловленность этого процесса, с другой же стороны, он сопровождается как позитивными, так и негативными последствиями. Как отмечается в подготовленном в рамках Программы развития ООН докладе "Человеческий аспект развития  1999", "глобализующийся мир нуждается в новых институтах для решения проблем, которые страны в одиночку не могут решить".

Согласно этому докладу предполагается создание в рамках ООН Совета экономической безопасности, ставится вопрос о Мировом центральном банке, о создании мировой антимонопольной службы для контроля за соблюдением кодекса поведения ТНК, мировой службы по вопросам охраны окружающей среды, банковского института по содействию перелива свободных инвестиционных ресурсов в слаборазвитые страны. Конечно, осуществление таких проектов  дело не самой ближайшей перспективы, однако актуальность их очевидна.
Подобная противоречивость и полицентричность современного мира, сопровождающаяся неуклонным нарастанием интернационализации экономической жизни, создает объективные предпосылки для проведения Россией политики поддержания "динамического равновесия" между мировыми центрами силы, в условиях которого, при взаимном сдерживании этих центров силы, РФ получает возможность для достаточно широкого (и не обременительного в экономическом отношении) внешнеполитического маневра. Иными словами, оптимальной для России в начале ХХI столетия становится стратегия равноприближенности к основным мировым центрам силы и маневрирования между ними с учетом имеющихся противоречий. В максимальной степени необходимо использовать и возможности как "старых", ставших уже традиционными, так и вновь создаваемых международных организаций.
В основе реализации такой стратегии должно лежать неуклонное следование России своим собственным национальным интересам, а не мифическим "общечеловеческим ценностям".


Литература

  1. Неклесса А. Реквием ХХ веку // Эксперт. 2000. № 1-2. С. 70.
  2. Бжезинский З. Великая шахматная доска. М.: Международные отношения, 1999.С. 239-240.
  3. Мировая экономика и международные отношения. 1999. № 10. С. 26.
  4. См. в частности: Глазьев С. 2000-й. Новая эпоха  новый смысл для российской политики // Независимая газета. 2000. 21 янв. С. 8.
  5. Богомолов О. Вызов мировому порядку // Независимая газета. 2000. 27 янв. С. 4.
  6. Эксперт. 2000. № 1-2. С. 48, 50.

I


* Здесь и далее цифра указывает на источник или примечание в конце материала.



Содержание  Назад  Вперед