В истории можно найти массу примеров.


К столь же противоположным изначальному замыслу последствиям привело появление Закона о защите видов, находящихся под угрозой исчезновения5. Землевладельцы испугались, что их участки могут стать привлекательными для редких животных или даже животных, которые могли оказаться под защитой когда-либо в будущем. Поэтому они занялись массовой вырубкой лесов на своих участках, чтобы сделать их менее привлекательными. Недавними жертвами этой глупости стали

воробьиный сыч и кокардовый дятел. Некоторые экономисты, специализирующиеся на вопросах окружающей среды, утверждают, что «реализация Закона о защите видов, находящихся под угрозой исчезновения, не приводит к защите животных, а, наоборот, представляет угрозу для их существования».
Политики иногда пытаются думать как экономисты и используют ценовые механизмы для стимулирования правильного поведения. Не так давно многие правительства решили ввести дифференцированную плату за отходы в зависимости от количества выбрасываемых мешков мусора. Они полагают, что если людям придется платить за каждый мешок производимого ими мусора, то у них появится сильный стимул к тому, чтобы сокращать количество этого мусора.
Но подобный тип ценообразования также дает людям стимул к тому, чтобы набивать свои мусорные мешки еще плотнее (среди специалистов подобная тактика получила название «танцев с притопом а-ля Сиэтл») или попросту выбрасывать мусор где-нибудь в лесу (именно это произошло около города Шарлоттесвилль, штат Вирджиния)6. Жители Германии, не желавшие платить повышенный налог на мусор, начали выбрасывать в канализацию так много неиспользованных продуктов питания, что система канализации моментально наполнилась полчищами крыс7. Новый налог на мусор в Ирландии привел к возникновению тенденции сжигания мусора во внутренних дворах домов — что было не только плохо для окружающей среды, но и привело к росту травматизма: в дублинской больнице Сент-Джеймс был зафиксирован рекордный трехкратный рост числа пациентов, поступавших с ожогами, полученными в процессе сжигания мусора 8.
Подобные законы, созданные с благими намерениями, способны наносить ответный удар на протяжении столетий. Согласно библейским правилам, у иудеев принято прощать все долги каждый «год отдохновения», то есть каждый седьмой год9. Не стоит переоценивать плюсы такого подхода для должников: во все остальные годы по

отношению к ним применялись жесткие санкции. Кредитор имел право даже забрать их детей в рабство.
Разумеется, если вы выступали в роли кредитора, то видели эту ситуацию с прощением долга по-другому. Зачем давать деньги в долг какому-нибудь обувщику, когда тот может просто разорвать свою долговую расписку на мелкие клочки в момент наступления седьмого года?
Поэтому кредиторы пользовались системой, при которой основная сумма кредитов раздавалась в течение первого года после «года отдохновения», а в течение пятого и шестого годов начинали применяться самые жесткие санкции. В результате возникал циклический кредитный кризис, больно ударявший по людям, которым был призван помогать закон.
Однако в истории закона непредвиденных последствий есть не так много примеров, подобных открытому Игнацем Земмельвайсом: доктора, пытавшиеся получить знания, призванные спасать тысячи и тысячи жизней, проводили тысячи вскрытий, которые, в свою очередь, вели к потерям многих и многих тысяч других жизней.
Разумеется, хорошо, что прекрасная работа по анализу данных, проделанная Земмельвайсом, позволила понять, как прервать этот порочный круг. Но важно отметить (и это одна из основных мыслей нашей главы), что предложенное Земмельвайсом решение — добавление незначительного количества хлорного раствора в воду, которой врачи мыли руки, — было удивительно простым и крайне недорогим. Иногда в процветающем мире принято хулить простые и недорогие решения; наша задача состоит в их защите.
Есть и другой заметный, хотя и менее печальный пример, связанный с деторождением, — щипцы10. Часто бывает, что в процессе родов ребенок двигается по родовым путям неправильно. При этом велика вероятность того, что он застрянет, а это представляет угрозу как для матери, так и для самого ребенка.

Щипцы, представляющие собой набор простых металлических захватов, позволяют доктору или акушерке аккуратно вытащить младенца.

Несмотря на свою эффективность, щипцы спасли не так много жизней, как могли. Считается, что это устройство было изобретено в XVII веке лондонским гинекологом по имени Питер Чемберлен. Щипцы действовали так хорошо, что Чемберлен держал принцип их устройства в секрете.

Он поделился секретом только со своими сыновьями и внуками, продолжившими семейный бизнес. Щипцы стали повсеместно использоваться лишь в середине XVIII века. К чему же привело хранение этой технологии в секрете?

По словам хирурга и писателя Атула Гаванде, «в результате мы потеряли миллионы жизней».
Наиболее удивительной чертой всех недорогих и простых решений является то, что они применимы для решения проблем, кажущихся неразрешимыми. И, вне всякого сомнения, рано или поздно появляется очередной Земмельвайс или команда Земмельвайсов, которые начинают заниматься решением проблемы и достигают успеха. В истории можно найти массу примеров.
В начале нашей эры, примерно две тысячи лет назад, на Земле жило примерно 200 миллионов человек. К 1000 году это число выросло всего до 300 миллионов. Даже в 1750 году на планете жило всего 800 миллионов человек. Одной из основных и постоянных проблем для жизни была нехватка продовольствия, и многие ученые говорили, что планета попросту не способна прокормить больше людей.

Население Великобритании постоянно сокращалось — по словам одного историка, «в основном потому, что сельское хозяйство не могло выдержать давления, связанного с необходимостью прокормить еще больше людей».
Однако наступило время сельскохозяйственной революции.
Множество довольно простых инноваций (например,
усовершенствованных инструментов, применение более
высокоурожайных сельскохозяйственных культур или более эффективное использование капитала) привело к изменению методов ведения сельского хозяйства, а в итоге изменило саму жизнь на планете11. В Америке конца XVIII века, по словам экономиста Милтона Фридмана, «для того чтобы прокормить население страны и обеспечить

рост экспорта, требовались усилия 19 из каждых 20 работников». Через двести лет для того, чтобы прокормить все значительно выросшее население страны, требовались усилия всего 1 из 20 американских работников. Кроме того, этого было достаточно для того, чтобы превратить Соединенные Штаты в «крупнейшего экспортера продовольствия в мире».
Сельскохозяйственная революция высвободила миллионы рабочих рук, которые пригодились для промышленной революции. К 1850 году население планеты выросло до 1,3 миллиарда человек; к 1900 году — до 1,7 миллиарда, а к 1950-му — до 2,6 миллиарда. И вот тогда начались серьезные события.

В течение последовавших пятидесяти лет население планеты выросло более чем в два раза и превысило 6 миллиардов. Если бы нам пришлось назвать один-единственный ингредиент, позволивший обеспечить столь значительный рост, мы назвали бы аммиачную селитру, крайне эффективное и очень дешевое удобрение. Не будет большим преувеличением сказать, что аммиачная селитра кормит весь мир.

Если бы она вдруг исчезла, то, по словам экономиста-агрария Уилла Мастерса, «большинству людей пришлось бы переключиться на питание зернами и корнеплодами, а продукты животного происхождения и фрукты превратились бы в праздничные блюда или стали уделом лишь богатых людей».
Или возьмем, к примеру, китов12. Люди охотились на них еще в античности, а к XIX веку именно китобойный промысел превратился в экономический двигатель, позволивший Соединенным Штатам превратиться во всемирную силовую станцию. Каждый квадратный сантиметр тела кита может пойти в дело.

Поэтому киты представляют собой своего рода супермаркет для быстрорастущей страны: благодаря китам можно получать материалы для производства красок и лаков; текстиля и кожи; свечей и мыла; одежды и, само собой, продуктов питания (китовый язык является признанным деликатесом). Китовый ус использовался для производства корсетов, воротников, зонтов, парфюмерии, гребней и алого красителя для ткани (при производстве последнего также использовались, помимо прочего, и китовые

экскременты). Китовый жир использовался в качестве смазки во многих механизмах, а также в качестве горючего для масляных ламп. Как заявил в своей книге «Левиафан» писатель Эрик Джей Долин, «американский китовый жир освещал весь мир».
Из 900 судов, использовавшихся для охоты на китов во всем мире, 735 были американскими, а американские китобои занимались своим промыслом во всех четырех океанах. В период между 1835 и 1872 годами китобои убили не менее 300 ООО китов. В среднем они добывали более 7700 китов в год.

В удачный год доходы от продажи китового жира и китового уса превышали 10 миллионов долларов, что в пересчете на нынешние цены составляет примерно 200 миллионов. Китобойный промысел был опасным и тяжелым делом, но тем не менее являлся пятой по масштабам отраслью в Соединенных Штатах; в ней работали семьдесят тысяч человек.



Содержание  Назад  Вперед