Некоторые онкологи утверждают


Вы также можете попасть в Зал славы бейсбола. Сходное исследование показывает, что спортсмены, попадающие в Зал славы, живут дольше, чем просто хорошие спортсмены27.
Но что же делать всем нам, не являющимся гениальными учеными или спортсменами? Возможно, нам стоит приобрести аннуитет — контракт, гарантирующий нам выплату определенной суммы дохода в течение каждого года нашей жизни. Судя по всему, люди, покупающие аннуитет, живут дольше, чем люди, не делающие этого.

Вопрос не в том, что состояние их здоровья лучше. Факты свидетельствуют о том, что постоянные выплаты в рамках аннуитета помогают нам сильнее
28
цепляться за жизнь28.
Свое положительное влияние оказывает и религия. Изучение данных 2800 пожилых христиан и иудеев показало, что они гораздо реже умирают в течение тридцати дней до своих религиозных праздников, чем в течение тридцати дней после них (объективное наличие этой связи подтверждается дополнительным исследованием: евреи не умирают реже до христианских праздников, а христиане не умирают чаще после иудейских)29. Сходным образом два многолетних друга и соратника, Томас Джефферсон и Джон Адаме, упорно боролись со смертью, пока не дожили до значимой даты.

Оба они умерли с интервалом в пятнадцать часов в один день — 4 июля 1826 года, в пятидесятую годовщину ратификации Декларации независимости30.
Отсрочка смерти даже на один день способна экономить миллионы долларов. Возьмем налог на наследство, который платится после смерти

завещателя. В Соединенных Штатах ставка этого налога составляла 45 процентов, а из налогооблагаемой базы исключались первые два миллиона долларов. В 2009 году налоговые вычеты подскочили до 3,5 миллиона — это означает, что наследники богатого умирающего человека получали возможность беспрепятственно распоряжаться дополнительными полутора миллионами долларов в случае, если этот человек умер бы в первый день 2009-го, а не в последний день 2008 года.

Можно представить себе, какой заботой окружали наследники своего родителя и сколько денег тратили на то, чтобы он прожил дольше, хотя бы до конца года31. Двое австралийских исследователей выяснили, что когда страна отказалась в 1979 году от налога на наследство, в течение недели, прошедшей после отмены закона, умерло гораздо больше людей, чем в течение недели, предшествовавшей отмене.
Изначально было установлено, что налог на наследство в США будет отменен лишь временно, на 2010 год. (Такое странное решение было вызвано войной между двумя основными политическими партиями в Вашингтоне. На момент написания этой книги конфликт представляется разрешенным.) Если бы налог был действительно отменен на время, то умерший в 2010 году родитель с состоянием в 100 миллионов долларов мог бы оставить все это состояние своим наследникам. Однако если бы налог был опять введен в 2011 году, то наследники умершего в этом году человека с тем же состоянием потеряли бы 40 миллионов долларов в случае смерти родителя на один день позже.

Возможно, политики решили ослабить налоговое бремя, поняв, как много «самоубийств» с помощью наследников может случиться в последние недели 2010 года. Не исключено, что политики не захотели брать на себя ответственность за такие риски.
Большинство людей стремятся отсрочить смерть любой ценой. На одни только лекарства от рака в мире ежегодно тратится более 40 миллиардов долларов. В США именно эти лекарства являются второй по объему группой продаваемых лекарств (на первом месте стоят лекарства от сердечных заболеваний). Рост продаж по этому сектору в два раза

превышает рост рынка в целом. Основные затраты при борьбе с онкологическими заболеваниями связаны с химиотерапией, широко применяющейся и доказавшей свою эффективность в борьбе с лейкемией, лимфомой, злокачественной гранулемой и раком яичек, особенно выявленных на ранних стадиях.
Однако в большинстве других случаев химиотерапия представляется совершенно неэффективной32. Обширное исследование практики лечения рака в Соединенных Штатах и Австралии показало, что 63 процента пациентов живут после начала лечения пять и более лет, однако химиотерапия смогла увеличить этот показатель лишь на 2 процента. Существует огромное количество разновидностей рака, при лечении которых эффект от химиотерапии нулевой.

К ним относятся множественная миелома, саркома мягких костей, меланома кожи, рак поджелудочной железы, матки, предстательной железы, мочевого пузыря и почек.
Рассмотрим рак легких — наиболее смертельный на настоящий момент тип рака, убивающий более 150 тысяч человек в год в одних только Соединенных Штатах. Типовая процедура химиотерапии для немелкоклеточного рака стоит более 40 тысяч долларов, однако позволяет продлить жизнь пациента в среднем всего на пару месяцев. Томас Смит, известный исследователь в области онкологии и медицины, работающий в университете \\1гд1та СотгтюпмеаПП, исследовал один из популярных способов химиотерапевтического вмешательства при лечении рака легких с метастазами.

Он обнаружил, что каждый дополнительный год здоровой жизни в результате применения этого метода обошелся бы пациенту в 360 тысяч долларов — если бы метод действительно работал. Однако обычно он помогал продлить жизнь пациента всего лишь на два месяца.
Подобные расходы ложатся тяжелым бременем на всю систему здравоохранения. Смит указывает, что количество онкологических больных составляет около 20 процентов всех случаев, зафиксированных в системе медицинского страхования, однако забирает 40 процентов бюджета этой системы. Некоторые онкологи утверждают, что выгоды от

химиотерапии не обязательно отражены в данных о смертности и что даже если химиотерапия не поможет девяти пациентам, то может сотворить чудо для десятого. Почему же химиотерапия сохраняет свою актуальность, несмотря на огромные расходы, частое отсутствие эффективности, а также токсичность этого метода (около 30 процентов больных раком отказались от химиотерапии после первого курса и предпочли умереть, а не страдать от ее побочных эффектов)?
Безусловно, важным фактором является прибыль. В конце концов, врачи тоже люди и тоже реагируют на стимулы. Онкологи — одни из самых высокооплачиваемых врачей, их заработная плата растет быстрее, чем у любых других специалистов.

Они получают не менее половины своих доходов от химиотерапевтических процедур. Химиотерапия может также помочь онкологам искусственно увеличивать показатели выживаемости пациентов. Часто для больного, находящегося на последней стадии заболевания, лишние два месяца жизни не имеют особого значения.

Однако на бумаге это выглядит вполне впечатляюще: доктор смог увеличить оставшуюся часть жизни пациента на 50 процентов!
Том Смит не исключает этих причин, однако указывает еще на две. Он считает, что врачам нравится переоценивать эффективность химиотерапии. «Если вы живете под девизом "Мы выиграли войну против рака", то это помогает вам получать больше благотворительных пожертвований и денег от Конгресса США, — говорит он. — Если же ваш лозунг звучит как "Рак по-прежнему дает нам пинка под зад, но не так сильно, как раньше", то это совсем другое дело. Реальность такова, что когда дело заходит об опухолях мозга, молочной железы, предстательной железы, легких, мы действительно не получаем такие сильные пинки, как раньше, однако нам не удалось добиться сколь-нибудь значимого прогресса».
Другой факт: онкологи — это люди, которые должны сказать другим людям о том, что те умирают и что, к сожалению, ничего сделать нельзя. «Врачи, и в том числе я сам, с трудом находят слова, чтобы

сообщать людям плохие новости, — говорит Смит, — и нам сложно признаваться в том, что наши лекарства неэффективны».
Эта задача сложна для врачей. Не проще она и для политиков и руководителей страховых компаний, субсидирующих широкое применение химиотерапии. Несмотря на целую гору негативных доказательств, химиотерапия позволяет больным раком получить последнюю надежду, связанную с тем, что Смит называет «глубоким и неизменным желанием не быть мертвым»33.

Тем не менее, возможно, в будущем, может быть через пятьдесят лет, мы все вместе оглянемся на начало XXI века и зададим себе вопрос: почему мы лечили наших пациентов неподходящими методами?
За последние пятьдесят лет показатель смертности от рака с учетом корректировок, связанных с продолжительностью жизни, практически не изменился: он составляет примерно 200 смертей на 100 тысяч человек. И это несмотря на объявленную президентом Никсоном более тридцати лет назад войну против рака, которая привела к резкому увеличению финансирования и повышению осведомленности населения.
Верьте или нет, но неизменность этого показателя таит в себе некоторые хорошие новости. Например, за тот же период показатель смертности от сердечно-сосудистых заболеваний, также скорректированный по возрасту, резко упал — примерно с 600 до 300 человек на 100 тысяч. Что это означает?
Многие люди, которые, живи они раньше, умерли бы от сердечных заболеваний, в настоящее время живут достаточно долго, чтобы умереть от рака34. Действительно, возраст почти 90 процентов вновь выявленных жертв рака легких составляет пятьдесят пять и более лет; медианный возраст — семьдесят один год.



Содержание  Назад  Вперед