Активное ограничение необходимого просвещения


Таким образом они, несомненно, толкают себя, по меньшей мере, к неврастеническому нарушению. Если борьба заканчивается успехом, то они снова впадают в то воздержание, от которого спаслись благодаря онанизму. Теперь, однако, ситуация стала гораздо более неблагоприятной, так как активизировавшиеся тем временем фантазии и проснувшееся половое возбуждение делают воздержание гораздо более невыносимым, чем прежде. И только немногие находят выход, лучший с сексуально-экономической точки зрения, то есть ведущий к половому акту.
До самого последнего времени онанизм был всеобщим пугалом. Совсем недавно стало модным изображать его как безвредное и вполне естественное явление. Это делается только ради защиты нравственного порядка и блаKодаря пониманию того, что требование воздержания неосуществимо.

Такая позиция верна лишь с оговорками.
Конечно, онанизм лучше воздержания. Но на протяжении длительного срока он перестает приносить удовлетворение и начинает изрядно мешать, ибо отсутствие объекта любви становится как нельзя более заметным. Если же онанизм не приносит удовлетворения, он порождает раздражение и ощущение вины и превращается в необходимость из-за настойчивого полового возбуждения и под действием противоречий внутри собственного "Я". Недостаток мастурбации, практикуемой даже в лучших условиях, заключается также в том, что она вновь и вновь возвращает фантазию на невротические и уже покинутые детские сексуальные позиции, что опять вызывает необходимость вытеснения.

Опасность возникновения невроза растет по мере увеличения продолжительности онанистического удовлетворения. И если мы сумеем внимательно понаблюдать за нашими юношами, связать суть их характеров с их половой жизнью, то нам сразу же бросится в глаза их боязливое поведение, характеризующееся большей или меньшей напряженностью. Онанизм ослабляет связи с действительностью.

Легкость, с которой при его помощи достигается удовлетворение, часто делает юношу неспособным вести живительную борьбу за обретение подходящего партнера. Бодрыми, активными и живыми всегда оказываются те юноши, которые в нужный момент отважились сделать шаг от мастурбации к половому акту.
Вывод, к которому мы приходим, заключается в следующем: подобно тому, как призрак "полового акта созревающих" толкал прежде, да часто толкает и теперь к заявлению о безвредности, даже о пользе полового воздержания, так он же с недавних пор заставляет неоправданно считать, что онанизм в период полового созревания представляет собой естественное явление, полностью безвреден и решает пубер-татный вопрос. Занимать как одну, так и другую позицию означает избегать ответа на самый деликатный вопрос, а именно: о половом акте созревших молодых людей.
Этот вопрос следует рассматривать как принципиально, так и конкретно с учетом ситуации, имеющейся в сферах экономики и воспитания. Такого учета избегали как бы преднамеренно во всей предшествующей литературе.
Мы показали, что именно интересы авторитарного общества косвенным путем (семья, способность к заключению брака) обусловливают ограничения, накладываемые на сексуальность молодежи, переживающей период половой зрелости, и порождают ее проблемы. Эти ограничения являются частью системы авторитарного общества, а вытекающие из них бедствия представляют собой непрднамеренно образующуюся "добавку". Но если дело обстоит таким образом, то, следовательно, будет невозможно и сексуально-экономическое решение вопроса в рамках этого общества.

Мы видим это сразу, едва начинаем анализировать условия, при которых наши юноши в возрасте от 14 до 18 лет вступают в фазу половой зрелости. Мы намерены в данном контексте оставить за скобками специфику классовой принадлежности и рассмотреть только влияние идеологической атмосферы и общественных институтов.
1. Вначале юноша имеет дело с множеством внутренних тормозов, не позволяющих справиться с представлениями, сформировавшимися в его сознании под воздействием воспитания, отрицающего сексуальность. Как показывают усредненные результаты наблюдений, его половое чувство несвободно, нарушено (это особенно характерно для девушек). Наконец, оно сознательно или неосознанно обращено в гомосексуальную сферу.

Следовательно, юноша (и девушка), если говорить о внутреннем мире, испытывает значительные трудности в установлении гетеросексуальных отношений.
2. Физическое половое созревание юношей блокируется психическими факторами. Можно сколь угодно часто наблюдать, особенно в мелкобуржуазных семьях, что психический инфантилизм, затянувшееся пребывание роли детей в семье с соответствующим отношением к родителям создает несовпадение физического и психического созревания.
3. В определенных слоях, испытывающих особенно сильную материальную нужду, подростки, переживающие пору полового созревания, отстают и в физическом развитии. Здесь имеет место как физическое, так и психическое недоразвитие при достижении физиологической половой зрелости.
4. К числу половых табу, тяжким бременем ложащихся на молодежную сексуальность, прибавляется не только отсутствие всякого общественного попечения, но и активное недопущение половой жизни, принимающее самые разные формы. Среди них:
а) Активное ограничение необходимого просвещения молодых людей, переживающих пору созревания, в вопросах их сексуальности. "Просвещение", ставшее сегодня модным, — только полумера, лишь усиливающая неразбериху. Например, 14-летней девушке рассказывают о сущности менструации, но изо всех сил отмалчиваются относительно природы полового возбуждения, испытываемого ею. Здесь становится ясно то, о чем мы уже говорили в другом месте: рассмотрение половой жизни с чисто биологических позиций представляет собой маскировочный маневр.
Юноше или девушке в пору полового созревания психологически менее важно знать о том, что яйцеклетка и сперматозоид встречаются для "таинства" создания новой жизни, и о том, как это происходит. Это интересует гораздо меньше, нежели "таинство" полового возбуждения, против которого они вынуждены отчаянно бороться. Но какой логический аргумент можно было бы использовать, чтобы удержать молодого человека от полового акта, если бы ему рассказали в полном соответствии с действительностью, что он теперь созрел для половой жизни и что заботы, мучающие его, и трудности, с которыми он сталкивается, порождены неудовлетворенной сексуальностью, настоятельно требующей своего? Так просвещение лишь создает для юноши или девушки еще большие трудности. Надо признать, что отсутствие просвещения и отрицание сексуальности полностью соответствуют существующей общественной ситуации.

Сексуальность юноши или девушки, искалеченная в период полового созревания, представляет собой продолжение того искажения, которому подвергалась сексуальность детская.
б) Жилищный вопрос и проблема предупреждения беременности. Здесь проблема обстоит таким образом: если при всеобщей жилищной нужде и старшее поколение трудящихся почти не имеет возможности жить так, чтобы не испытывать неудобств и помех с чьей бы то ни было стороны, то жилищная нужда молодежи, обусловленная половыми проблемами, возрастает до степени хотя и безмолвного, но ужасного мучения.
Характерно, что наши сексуальные реформаторы, которых можно так легко растрогать другими проявлениями остроты половых проблем, никогда не замечали данного обстоятельства. Да и что могут они ответить на вопрос дерзкого парня или даже распущенной девчонки о том, почему же общество не заботится о них и в этом отношении? Следует ожидать, что иной попечитель, услышав такой вопрос, обратится в бегство, даже если он, как правило, и выступает перед молодежью с докладами о "половом вопросе", в которых человеколюбиво не требует воздержания до "полной душевной и физической зрелости".

Он будет проповедовать "чувство ответственности" до тех пор, пока не перестанет ощущать себя ответственным за то, что молодежь, преисполнившись необходимого "чувства ответственности", предается любви в подъездах, у заборов, в сараях, испытывая постоянный страх быть застигнутыми.
А что уж говорить о противозачаточных средствах! Задиристые молодые люди могли бы задать наивный вопрос: какой, собственно, интерес обществу не информировать их о лучших методах предупреждения беременности и держать наготове врачей, вмешивающихся в том случае, если контрацептив оказался неэффективным, или оставлять молодежь без жилья?
Ясно, что такие вопросы не могут быть разрешены и на них нельзя получить ответа при общественном строе, который не признает внебрачной половой связи и даже не заботится о том, чтобы половая жизнь взрослых протекала в условиях, соответствующих требованиям гигиены.
Точно так же ясно, что без основательно подготовленного решения вопроса о половом воспитании детей, без решения вопроса о противозачаточных средствах и жилищного вопроса призыв молодежи к началу половой жизни, не сопровождаемый соответствующими критическими оговорками, был бы столь же вредным и безответственным, сколь и его противоположность — проповедь воздержания. Моя же задача в том и заключалась, чтобы вскрыть противоречия и доказать их неразрешимость в данный момент.Я могу лишь надеяться, что это удалось в должной мере. Но в принципе нам надо, если мы не хотим быть шарлатанами и трусами, поддерживать сексуальность молодежи, помогать молодым людям во всем, в чем можем, и делать все, чтобы подготовить окончательное высвобождение юношеской сексуальности.

Это задача гигантской сложности и в высшей степени ответственная!
Теперь мы лучше понимаем половинчатость, робость и непоследовательность полового просвещения, осуществляемого ныне. Оно характеризуется следующими свойствами: начинается слишком поздно, напускает на себя таинственность и проходит мимо самого существенного — сексуального наслаждения. Это объясняется противоречивостью ситуации, в которой гораздо большую последовательность проявляют те, кто выступает против всякого просвещения вообще.

Против них надо бороться как против врагов научной последовательности, но в чем-то их позиция более ясна, нежели позиция спасителей-реформаторов, всерьез полагающих, что с помощью своего просветительства они смогут изменить положение. Противники просвещения лишь затуманивают реальную ситуацию, они маскируют необходимость коренного изменения условий нашего существования.
Все это, конечно, не означает, что можно поступать подобно д-ру П., о котором шла речь выше. В конкретном случае, после внимательного рассмотрения социального и экономического положения, а также психического состояния юноши или девушки, достигших половой зрелости, консультант не только не будет запрещать им половую жизнь, но, наоборот, посоветует начать ее. Помощь в отдельных случаях и меры, принимаемые в масштабе всего общества, — совершенно разные вещи.
В масштабе всего общества половое просвещение характеризуется пока что продолжающимся воспитанием маленьких детей в духе аскетизма, неизменным внушением юношам и девушкам представления о том, что культура требует от них воздержания или что онанизм может иссушить их, прежде чем они вступят в честный брак. Не стоит, конечно, гордиться образом мыслей, который позволяет втайне продолжать это занятие. Такой образ мыслей — одно из позорных явлений нашего времени.

Конечно, он предохраняет от выводов, от того, чтобы сделать шаг, который разделяет науку и политику.
Противоречие между растущим обобществлением жизни и общественной атмосферой, пропитанной отрицанием сексуальности, должно вести к прогрессирующему кризису юношеской сексуальности, разрешения которого в консервативном обществе не существует.
До тех пор пока молодежь находилась в семейном сообществе — девушки были преисполнены стремления вытеснить собственную сексуальность, испытывали незначительные сексуальные раздражения в ожидании мужа-кормильца, а юноши коснели в родительском доме в воздержании, мастурбировали или посещали проституток, — существовали только безмолвные страдания, неврозы или сексуальная жестокость. В нынешних условиях постепенно освобождающиеся сексуальные потребности и социальное торможение, привитое в результате воспитания, с одной стороны, а с другой — сопротивление авторитарного общества вырождаются в мучительные индивидуальные конфликты. Против этого никак невозможно бороться, даже с помощью утешений приверженцев сексуальной реформы, дающих добрые советы вроде "отвлечения в духовную сферу", "жесткой постели" и "есть меньше мяса".
Я утверждаю, что современной молодежи приходится гораздо труднее, чем ее сверстникам, жившим, например, на рубеже прошлого и нынешнего столетий. Те были в состоянии полностью вытеснять свою сексуальность. В наши дни открыты все источники жизни юношества, но у него нет ни опоры в обществе, ни силы, чтобы использовать эти источники.
Сексуальный кризис молодежи стал частью кризиса авторитарного общественного строя вообще. В этих рамках в масштабе общества он остается неразрешимым.



Содержание  Назад  Вперед