Он пришел в ярость.


Я работал упорно, но закон был длинным, и, когда Алгамиш вернулся, его задание еще не было выполнено. Он пришел в ярость. Если бы я был его рабом, он бы избил меня. Но, зная, что магистр не позволит ему изувечить работника, я не испытывал страха, а потому сказал ему:
«Алгамиш, вы очень богатый человек. Расскажите мне, как стать богатым, и я буду всю ночь трудиться над рукописью, так что к восходу солнца она будет закончена». Он улыбнулся мне и ответил: «А ты, оказывается, тот еще мошенник.

Что ж, назовем это сделкой».
Всю ночь я работал не разгибаясь, хотя спину ломило, а от запаха фитиля раскалывалась голова, и глаза уже едва различали буквы. Но, когда он вернулся на рассвете, рукопись была готова.
«А теперь, сказал я, исполните свое обещание».
«Ты выполнил свою часть сделки, сын мой, мягко произнес он, обращаясь ко мне, так что я готов выполнить свою. Я расскажу тебе то, что ты хочешь узнать, потому что уже старею, а старики болтливы. И когда молодые приходят к пожилым за советом, они познают мудрость, проверенную годами. Правда, молодые зачастую думают, что мудрость стариков вся в прошлом, а потому для будущего ее секреты не годятся.

Но ты запомни: солнце, что светит сегодня, то же самое, что светило в тот день, когда родился твой отец, и это же солнце будет светить в день, когда последний отпрыск вашего рода уйдет во тьму.
Юношеские мысли, продолжал он, это яркие кометы, которые проносятся по небу, освещая его своим сиянием, а мудрость стариков вечные звезды, которые никогда не меняют своего положения на небосклоне, и потому моряк всегда может сверить по ним курс своего корабля. Хорошенько запомни мои слова, иначе ты не сможешь понять ту правду, что я открою тебе, и тогда твоя ночная работа будет напрасна».
И потом он пристально посмотрел на меня из-под своих косматых бровей и сказал низким и твердым голосом: «Я открыл дорогу к богатству, когда решил, что часть всего мною заработанного я должен оставить себе. И ты запомни это». '' И после этого он долго молчал, прожигая меня своим взглядом.
«И это все?» спросил я.
«Этого было достаточно, чтобы из пастуха овец я превратился в ростовщика», ответил он.
«Но ведь все, что я заработал, мое, разве не так?» спросил я.
«Далеко не так, ответил он. Разве ты не платишь портному? А обувщику? Разве не платишь ты за еду? Можно прожить в Вавилоне, не расходуя денег?

Что осталось у тебя от тех денег, что ты заработал в прошлом месяце? А от прошлогоднего заработка? Дурак! Ты платишь всем, кроме себя.

Глупец, ты работаешь на других. Это то же самое, что быть рабом и работать на своего хозяина за еду и одежду. Но, если ты будешь оставлять себе десятую часть всего, что заработал, сколько у тебя накопится за десять лет Мои познания в математике не подвели меня и я ответил: «Столько, сколько я зарабатываю за год».
«Ты прав лишь отчасти, возразил он. Каждый золотой, отложенный тобою, становится твоим рабом и начинает работать на тебя. Каждый медяк, заработанный этим золотым, тоже начинает приносить тебе доход. Если ты станешь богатым, все твои накопления должны постоянно работать, только тогда ты сможешь преумножить свое богатство.

Ты, наверное, думаешь, что я тебя обманываю, и это вовсе не та плата, которую ты ждал за свою работу, продолжал он, но если у тебя хватит ума понять мою правду, ты убедишься в том, что заплатил я тебе в тысячу раз больше обещанного.
Часть того, что ты зарабатываешь, принадлежит тебе. И эта доля должна быть не ниже десятой части твоего заработка, каким бы ничтожным он ни был. В первую очередь заплати самому себе.

Не плати портному и обувщику больше, чем ты можешь выкроить из остатка, так чтобы при этом хватало и на еду, благотворительность, епитимью богам».
Богатство, как и дерево, вырастает из крохотного семени. Первый медяк, что ты отложишь, и будет тем семенем, из которого произрастет дерево твоего богатства. Чем скорее ты посадишь семя, тем скорее вырастет дерево.

И чем лучше ты будешь ухаживать за деревом, удобряя его и поливая постоянными сбережениями, тем быстрее сможешь насладиться приятным шуршанием его кроны».
Сказав это, он забрал свою рукопись и ушел. Я долго размышлял над его словами и нашел, что они разумны. Так что решил попробовать. Теперь, получая свой заработок, я откладывал каждую десятую монету из заработанных и прятал ее подальше.

И, как ни странно, беднее от этого я не становился. Я почти не замечал разницы в том, что теперь у меня оставалось меньше денег на расходы. Правда, очень часто меня одолевало искушение купить себе что-нибудь из тех красивых вещей, что привезены на верблюдах и кораблях из финикийских земель и выставлены на прилавках.

Но я мудро воздерживался.
Прошло двенадцать месяцев, и Алгамиш вновь пришел ко мне. «Сын мой, скажи, весь этот год ты платишь себе десятую часть заработанного?» Я гордо ответил: «Да, учитель, плачу». «Это хорошо, просиял он. И что ты делаешь с этими деньгами?»
«Я отдал их Азмуру, каменщику, который сказал мне, что отправляется в дальнее мореплавание и привезет мне из Тиры редкие финикийские драгоценности. Когда он вернется, мы продадим их по высокой цене и разделим прибыль». «Каждому дураку надо учиться, это верно, рассвирепел он. Но как ты мог довериться каменщику при выборе драгоценностей? Ты что, пошел бы к пекарю спрашивать его о звездах? Нет, мне кажется, ты бы пошел к астрологу, если, конечно, у тебя голова на плечах.

Твои накопления испарились, мальчик мой, ты срубил свое дерево богатства под корень. Что ж, сажай другое. Сделай еще одну попытку. И если в следующий раз тебе понадобится совет насчет драгоценностей, обратись к тому, кто в них разбирается. Если тебе захочется узнать что-то об овцах, сходи к пастуху.

Совет это единственное, что дается бесплатно, но помни, что принимать нужно только те советы, которые заслуживают внимания. Тот, кто советуется насчет своих сбережений с человеком несведущим, обречен расплачиваться этими же сбережениями за собственную глупость». С этими словами он ушел.
И все вышло так, как он сказал. Ибо финикийцы, подлецы, вместо драгоценностей подсунули Азмуру блестящие стекляшки. Но, как научил меня Алгамиш, я опять стал откладывать каждый десятый медяк, поскольку это уже вошло в привычку и больше не казалось мне обременительным.
Прошло еще двенадцать месяцев, и Алгамиш вернулся и обратился ко мне. «Ну, и какой прогресс у тебя с тех пор, как мы виделись в последний раз?» «Я по-честному платил себе, ответил я, и свои сбережения доверил Аггиру, мастеру по изготовлению щитов, чтобы он покупал бронзу. Каждый четвертый месяц он платит мне ренту». «Это хорошо. И что ты делаешь с рентой?» «Устраиваю себе грандиозный праздник с медом, прекрасным вином и ароматными угощениями. А еще я купил себе алую тунику. И собираюсь приобрести молодого осла, чтобы ездить на нем».

На что Алгамиш рассмеялся: «Ты же пожираешь деток, рожденных твоими накоплениями. Как же они смогут работать на тебя? И как могут породить себе подобных? Сначала обзаведись армией золотых рабов, и только потом сможешь без сожаления закатывать себе роскошные банкеты».

Сказав это, он опять исчез.
С тех пор я не видел его в течение двух лет, и вот однажды он опять появился у меня. Лицо его испещрено глубокими морщинами, глаза ввалились он сильно постарел. И он сказал мне:
«Аркад, ты уже достиг вершин богатства, о которых мечтал?» И я ответил: «Еще нет, но у меня есть хорошие накопления, и они работают на прибыль». «А ты по-прежнему пользуешься советами каменщиков?» «По кладке камней они дают мне хорошие советы», парировал я. «Аркад, продолжал он, ты хорошо усвоил урок. Сначала ты научился жить на средства, чуть меньшие тех, что ты зарабатываешь. Потом научился обращаться за советами к знающим людям. И наконец, ты добился того, что твое золото работает на тебя.

Ты научился добывать деньги, сберегать их и распоряжаться ими. Поэтому ты вполне готов к тому, чтобы занять ответственный пост. Я старею.

Мои сыновья умеют только тратить деньги, но не имеют ни малейшего представления о том, как их зарабатывать. У меня огромная собственность, и боюсь, мне уже не хватит сил управлять ею. Если бы ты согласился поехать в Ниппур и управлять там моими владениями, я сделал бы тебя своим партнером, и ты получил бы долю в моем поместье».
Итак, я отправился в Ниппур и взялся управлять его недвижимостью, которая была немалой. А поскольку я был полон амбиций и к тому же владел тремя законами успеха, мне удалось резко увеличить доходы от его собственности. Так что и я смог сделать на этом состояние и, когда душа Алгамиша вознеслась на небо, вступил во владение своей долей его имущества, как он и завещал по закону.
Так говорил Аркад и, когда он закончил свою историю, один из его друзей сказал:
Тебе действительно повезло, что Алгамиш назначил тебя своим наследником.
Повезло только в том, что еще до встречи с ним у меня возникло желание разбогатеть. Разве за те четыре года, что я откладывал десятую часть своего заработка, я не доказал свою решимость добиться поставленной цели? Вы назовете везением мастерство рыбака, который годами изучал привычки рыбы так, чтобы при любой погоде удачно расставлять свои сети?

Везение это могущественное божество, которое не станет тратить время на тех, кто не готов им воспользоваться.



Содержание  Назад  Вперед