ЕОУС было наднационаьной организацией.


Параллельно с такой довольно свободной формой экономической интеграции ряд стран преследовал цели более прочной интеграции. Первым шагом явилось Европейское объединение угля и стали (ЕОУС), которое в 1952 году было основано шестью странами: тремя странами Бенилюкса, Францией, Западной Германией и Италией. ЕОУС было наднационаьной организацией.

Решения в рамках этого общего рынка больше не зависели от согласия между национальными правительствами, а принимались наднациональным органом, который, например, устанавливал общие цены на уголь и сталь. В основе ЕОУС лежала прежде всего политика. Объединение должно было положить коец неприязни между Францией и Западной Германией. В результате слияния жизненно важных отраслей тяжелой промышленности в Германии смогла начаться пере-индустриализация, не создававшая опасности перевооружения.

Однако экономический эффект ЕОУС оказался в серьёзной мере подорванным неожиданными структурными изменениями в области энергетики. В то время, как в начале пятидесятых годов ещё существовал дефицит каменного угля и разрабатывались различные планы по скорей-
333
шему увеличению добычи, в конце пятидесятых годов спрос на уголь упал. Главными источниками энергии становились нефть и природный газ. В 1950 году каменный уголь ещё покрывал почти три четверти всех потребностей Объединения в энергии; в 1967 году это уже была одна треть, тогда как доля нефти уже тогда превышала 50 процентов.

Из-за этого задача ЕОУС больше сместилась в сторону санации каменноугольной отрасли. Вместо повышения добычи приходилось принимать решения об интенсивной поддержке и даже закрытии нерентабельных шахт, в том числе в Голландии.
Римский договор 1957 года, которым было создано Европейское экономическое сообщество, придал экономическому сотрудничеству между странами ЕОУС более широкую базу. Шесть государств — членов ЕЭС намеревались в несколько этапов создать общий рынок. В 1992 году это стремление в известном смысле было осуществлено: между членами сообщества, которых стало двенадцать, существуют таможенный союз и свободное передвижение рабочей силы и капитала (в 1973 году в Европейское сообщество вступили Великобритания, Ирландия и Дания, а в 1986 Испания, Португалия и Греция).

Маастрихтский договор (1991) предусматривал дальнейшую интеграцию между государствами в валютной и экономической области.
Создание таможенного союза оказалось сравнительно простой операцией. Взаимные тарифы поэтапно снижались, пока в 1968 году они не были отменены совсем. Быстрое становление таможенного союза в конце шестидесятых годов вдохновило тогдашние страны ЕЭС на принятие широкомасштабного плана по дальнейшему превращению таможенного союза в Экономический и валютный союз (ЭВС).

Однако в процессе интеграции, во всяком случае в его валютном аспекте, произошла серьёзная задержка из-за экономического спада и валютного хаоса в семидесятые годы. Из планов по созданию ЭВС ничего не вышло, но когда в конце семидесятых годов темпы инфляции в европейских странах взаимно сблизились, была предпринята новая попытка стимулировать валютную интеграцию путём создания Европейской валютной системы (ЕВС). Идея ЕВС была скромнее первоначальных планов по создаию ЭВС. Государства-члены ЕВС (за исключением Великобритании) договорились между собой об установлении фиксированных валютных курсов.

Дело в том, что торговля между этими государствами испытывала нежелательное влияние непрекращающихся и иногда резких колебаний валютных курсов ЕЭС. Благодаря возобновлению экономического роста в восьмидесятые годы, ЕВС мог в какой-то мере функционировать, хотя постоянно возникали проблемы с координацией курса между такими сильными валютами, как гульден и марка, с одной стороны, и слабыми валютами, такими как французе-
334
кий франк и итальянская лира, с другой. В 1993 году в результате спекуляций напряженность внутри ЕВС настолько возросла, что система грозила взрывом. Для спасения ЕВС было решено сохранить в принципе фиксированные валютные курсы, но при этом допустить флюктуационные отклонения в 30 процентов. Это означало, что на практике курсы могут быть подвержены сильным колебаниям.

Из-за этого валютное объединение Европы отодвинулось в отдалённое будущее.
Большие проблемы вызывали и так называемые не-тарифные препятствия, которые и по сей день делают невозможным по настоящему свободное торговое движение между государствами. He-тарифные препятствия могут принимать различные формы. Например, в результате правительственных мер между государствами существуют значительные различия в стоимости энергии и транспорта. Предприниматели в странах с низкой стоимостью, таким образом, занимают более выгодную позицию по отношении конкурентов из стран с высокой стоимостью. Такой же эффект имеют и различия в начислениях по налогообложению акционерных обществ, экологическим сборам и налог на добавочную стоимость (НДС).

Различия в технических и санитарно-гигиенических производственных требованиях тоже мешают свободной торговле. Несмотря на исчезновение границ в 1992 году, эти не-тарифные препятствия всё ещё создают большие помехи процессу интеграции.
При образовании ЕЭС в 1957 году Великобритания по разным причинам держалась в стороне. После Второй мировой войны эта страна была мало ориентирована на европейский континент. Сама Великобритания считала себя скорее союзником США и ведущей морской державой, не в последнюю очередь в силу своих интенсивных торговых связей с Британским содружеством наций.

Англичане были также критически настроены по отношению к наднациональному характеру сначала ЕОУС, а затем ЕЭС. Камнем преткновения при присоединении к сообществу, кроме того, был общий внешний тариф на сельскохозяйственную продукцию, которого придерживалось ЕЭС. Присоединение к нему означало бы, что Великобритания больше не сможет применять систему преференций для стран Содружества.

Эти страны могли на благоприятных условиях экспортировать сельскохозяйственную продукцию в Великобританию, а в обмен на это импортировали британские промышленные товары. Тем самым, Великобритания была в состоянии импортировать дешевое продовольствие и она опасалась, что присоединение к ЕЭС будет означать рост стоимости жизни. После того, как планы британского участия в создании ЕЭС потерпели крушение, она стала одним из инициаторов создания Европейской ассоциации свободной торговли (образована в 1960 году), межправительственной органи-
335
зации семи европейских стран, которые намеревались создать зону свободной торговли для промышленных товаров (кроме Великобритании её членами стали три скандинавские страны, Швейцария, Австрия и Португалия).
Однако вскоре после этого, Великобритания отказалась от своей позиции противостояния ЕЭС. Взаимоотношения со странами Содружества в результате деколонизации коренным образом изменились и доля Великобритании в мировой торговле непрерывно сокращалась. В 1950 году доля Великобритании в мировой торговле промышленными товарами составляла, например, ещё 25 процентов, а пятнадцать лет спустя эта доля сократилась до 14 процентов. Рост валового национального продукта в Великобритании тоже заметно отставал от показателей стран ЕЭС (таблица 6.20). Как известно, британская просьба о вступлении в ЕЭС несколько раз наталкивалась на вето французского президента Де Голля (De Gaulle), который опасался, что после вступления Великобритании в Сообщество в Европе возрастёт американское влияние.

Только когда его не стало, Великобритания в 1973 году вместе с Ирландией и Данией смогла вступить в ЕЭС.
Европейская аграрная политика, несомненно, представляет собой самый известный аспект европейской интеграции. Не в последнюю очередь потому, что эта политика до сих пор подвергается резкой критике. Римским договором 1957 года определялось, что должна быть разработана единая европейская аграрная политика, хотя содержание этой политики определено не было.

Само по себе было логичным, что при строительстве общего рынка большое внимание будет уделено сельскому хозяйству. Ведь ЕС стремилось к свободной торговле в границах сообщества. А сельское хозяйство было как раз такой отраслью, где вмешательство государства в форме предоставления субсидий и установления минимальных цен, как наследия тридцатых годов, было особенно заметным. Устранение защитных тарифов в рамках создаваемого таможенного союза означало бы, что сельскохозяйственная продукция из стран с сильно субсидируемым или высокопроизводительным сельским хозяйством сможет легко проникать на рынки других государств сообщества.

Это, конечно, ущемляло бы сбыт продукции отечественных крестьянских хозяйств. Поскольку в пятидесятые годы в среднем около 20 процентов самодеятельного населения тогдашних шести стран ЕЭС было занято в аграрном секторе, такое положение считалось неприемлемым. Альтернатива состояла в том, чтобы одновременно со свободной торговлей сельскохозяйственными продуктами договориться об установлении общих минимальных цен. При большом предложении сельскохозяйственной продукции, обусловленном климатом, или при большом завозе из других мест цена снижалась, но не ниже совместно установленного, так называв-



Содержание  Назад  Вперед