Снижение государственных расходов


Основные постулаты неоконсервативной теории сформировали концептуальную платформу консервативного поворота в экономической политике, осуществленного администрацией Р.Рейгана (род. в 1911 г.)
Теоретической основой этого курса являлась концепция предложения. Концепция предложения ставит во главу угла не расходы (частные и государственные), как это делало кейнсианство, а сбережения, и поэтому декларирует необходимость увеличения сбережений и относительное сокращение потребительского спроса.
Важнейшая черта теории предложения — выдвижение налогов на роль главного инструмента фискальной политики. Сторонники теории предложения, пересмотрев взгляды кейнсианцев на экономический механизм бюджетного регулирования, пришли к выводу, что для решения экономических проблем, достижения долгосрочного неинфляционного роста необходимо воздействовать непосредственно на производство путем широкомасштабного и целенаправленного снижения налогов, в особенности сокращения предельных налоговых ставок на прибыль корпорации и личные доходы.
Следующий важный элемент фискальной политики неоконсерваторов — снижение государственных расходов, которое должно проводиться одновременно со снижением налоговых ставок. Основным элементом, подлежащим сокращению, являются социальные расходы, так как именно их консерваторы считают основным дестимулятором трудовых усилий и сбережений.
Мероприятия фискальной политики, являясь центральным элементом рейганомики, отражали эти приоритеты. Главным и наиболее широко рекламируемым элементом рейганомики стало принятие в 1981 г. закона о налогообложении. Этот закон предусматривал поэтапное сокращение индивидуального подоходного налога в общей сложности на 23%, сокращение с 70% до 50% максимальной налоговой ставки на доходы от капитала, значительное сокращение сроков амортизационных списаний; увеличение инвестиционной налоговой скидки.
За пять лет налоговые сокращения в совокупности должны были уменьшить поступления федерального бюджета почти на 750 млрд .долл. Предполагалось, что в соответствии с теорией предложения эти меры усилят стимулы к работе, сбережению и инвестированию. Отсюда импульс экономическому росту, уменьшение безработицы, увеличение производительности труда и конкурентоспособности американских товаров на мировых рынках.
На практике теоретическая схема сработала иным образом, не оправдались надежды на быструю и положительную реакцию агентов на снижение налогов. Налоговые стимулы, хотя и были значительными, не могли предотвратить наступление очередного экономического кризиса, который по длительности, глубине падения промышленного производства, безработице и недогрузке производственных мощностей стал самым тяжелым за послевоенный период.
В 1983 г. наступило циклическое улучшение конъюнктуры, ускоренное фискальной и кредитно-денежной политикой. Однако экономическое развитие США и в этой ситуации происходило по сценарию, существенно отличавшемуся оттого, который был разработан теоретиками предложения, Так, средние темпы роста реального ВНП в 1981—1985 гг. составили 2,4% — значительно меньше, чем обещала администрация (3,8%). Не было отмечено существенных приростов занятости и предложения трудовых ресурсов.

Сренегодовые темпы роста производительности труда за этот период (0,9%), хотя и были несколько выше, чем в 1973—1981 гг. (0,6%), все же значительно уступали соответствующему показателю за весь послевоенный период (1,9%).
Более ощутимой стала тенденция к росту материального неравенства в американском обществе. От сокращения налогов выиграли главным образом состоятельные слои населения, в то время как от свертывания ряда социальных программ в первую очередь пострадали малообеспеченные семьи. В частности, результаты, полученные на основе экономико-математического моделирования сотрудниками Бостонского колледжа Б.Блюстоном и Д. Хейвисом, позволили им заключить, что несмотря на стимулирующий эффект фискальной политики, выгоды от экономического эффекта были распределены столь неравномерно, что богатые стали богаче, а бедные беднее.

Провозгласив изменение налоговой системы главной задачей второго президентского срока Р.Рейгана, республиканцы не могли не учитывать приближения очередных выборов. Поэтому принятый сенатом в 1986 г. Закон о налоговой реформе имел целью учесть некоторые критические замечания в адрес закона 1981 г. и компенсировать некоторые его негативные последствия. В этой связи действие налоговых стимулов предполагалось распространить не только на привилегированные классы, но и на всех граждан, сделать ставку на пробуждение предпринимательства и частной инициативы в более широких слоях населения.
Прежде всего, основным мероприятием последней реформы, как и предыдущей, являлось снижение предельных ставок как индивидуального подоходного налога, так и налога на прибыль корпорации. Учитывая тот факт, что налоги на заработанные доходы увеличились, а на доходы от капитала постепенно снижались, администрация сочла экономически и политически возможным провести рекламируемый сдвиг налоговых тягот в сторону бизнеса. Кроме того, сделана попытка отменить большую налоговых льгот и закрыть различные лазейки, мощью которых многие компании и состоятельные л значительной степени уменьшали свои налоговые обязательства.
Однако вряд ли можно рассматривать данную налоговую реформу как победу общих интересов над интересами отдельных групп. Гораздо ближе к истине точка зрения высказанная бывшим сотрудником казначейства Л.Дилдайном. Он утверждает, что налоговая реформа не способствует росту справедливости и равенства, но представляет собой победу интересов одних групп над другими победа тех богатых, которые платили много налогов теми богатыми, которые широко использовали различные налоговые льготы.

В процессе борьбы между ними крошки достались и бедным.
Одним из программных требований неоконсерваторов был демонтаж корпоративных структур (прежде всего г союзов), которые, руководствуясь эгоистическими, корпоративными интересами своих членов, связывают предпринимателям и менеджерам, стремящимся добиться роста производительности труда и эффективности производства. В книгах, статьях и речах неоконсерваторов влияние профсоюзов, однако, несколько преувеличивалось они изображались самыми могущественными группами давления, едва ли не узурпировавшими политическую власть.
Конечно, конфронтация с профсоюзами не являлась самоцелью для Рейгана, который, тем не менее, не останавливался перед откровенно силовыми методами борьбы с организованными трудящимися. Она была скорее способом поставить профсоюзы на место, чтобы затем достичь соглашения с ними, но уже на принципиально иной основе. Такой основой должен был стать, как заявил в одном их своих выступлений Р.Рейган, не дележ пирога и даже не взаимные уступки в социально-экономической сфере, но прежде всего совместные с бизнесом и государством усилия по повышению производительности труда, эффективности производства и конкурентоспособности.

Естественно, что прежние формы сотрудничества (практика социального партнерства), дававшие профсоюзам весьма широкие возможности для выдвижения и отстаивания собственных требований, для этих целей уже не годились, и они были либо отброшены, либо перестали играть прежнюю роль.
В результате проблема согласования интересов и совершенствования соответствующего механизма к концу 80-х гг. вновь стала превращаться в объект обостряющегося политического противоборства.
Критикуя пороки созданного усилиями реформистов государства благосостояния, неоконсерваторы заявляют, что, взяв на себя чрезмерные обязательства в социал-экономической сфере, оно оказалось настолько перегруженным и малоэффективным, что перестало должным образом справляться со своими главными, т.е. политическими функциями: соблюдением законности и порядка внутри страны, обеспечением оптимальных условий функционирования экономики. Предпринятые ими практические шаги привели к значительному перераспределению функций государства. Существенно изменилась его роль в экономике.

Это стало результатом не только приватизации, но и отказа от директивных методов государственного вмешательства, ограничения полномочий, а в ряде случаев и демонтажа различного рода регулирующих агентств.
Значение приватизации и менеджеризации государственного управления и сферы социальных услуг выходит далеко за рамки экономии средств, расходуемых на содержание персонала, и государственных расходов в целом. Оно состоит прежде всего в том, что в деятельность государства вносится рыночный элемент. Размывается некогда четкая граница государственного и частного. Сфера приложения частного капитала и частной инициативы распространяется на некогда недоступные им секторы.

По традиционной бюрократии и ее монопольному управлению наносится серьезный удар.
Однако критики неоконсервативного курса в США не без основания указывают на серьезные издержки чрезмерного, с их точки зрения, ослабления регулирующей роли государства, оборачивающегося невниманием к развитию науки и наукоемких отраслей, внедрению достижений научно-технического прогресса в экономику в целом и особенно у старые традиционные отрасли, к порождающей острые социальные и экономические проблемы реиндустриализации.



Содержание  Назад