Вспомогательная аксиома № 14 (2)


Неприятности в автопромышленности закончились гораздо раньше, чем ожидало большинство участников рынка. Вся при­быль досталась тем трейдерам, которые, наплевав на мнение толпы, не поленились думать собственной головой и проводить собственный анализ ситуации.

Общеизвестно, насколько трудно идти против мнения боль­шинства Некоторые трейдеры видят в этом одну из самых серь­езных проблем. Находясь внутри толпы, всегда трудно сделать шаг в сторону, противоположную общему движению.

Вот что случилось с моей женой во время упомянутого пере­ворота на рынке автомобильных акций. Ее шестимесячный сбе­регательный депозит заканчивался в начале 1982 г. У нее были некоторые идеи по поводу акций компании Ford, которые в то время, как было сказано, сильно упали в цене. Ей нравились ав­томобили, которые выпускал Ford, слышала она и положитель­ные отзывы об этих машинах от своих подруг и поэтому полага­ла, что стоны и зубовный скрежет, доносящиеся из Детройта, во многом вызваны жалостью к самим себе и паникой, которая в скором времени должна закончиться. Она обратилась к своему брокеру по поводу покупки некоторого количества этих акций.

Тот лишь посмеялся над ее идеей.

Он был человеком, привыкшим прислушиваться к мнению боль­шинства Он мог продемонстрировать кучу документов, каждый из которых отражал бы это мнение. Газетные статьи, исследования аналитиков и, конечно, низкие котировки акций — все они кричали в один голос: «Не покупайте!».

В результате моя жена отказалась от своей идеи, хотя это было не свойственным ей поступком. В большинстве случаев она впол­не способна к независимому мышлению и вынесению собствен­ных заключений. Но в данной ситуации давление большинства было слишком сильным, чтобы она могла ему сопротивляться.

Давление большинства может не только похоронить хорошую инвестиционную идею; оно способно заставить нас сомневаться в самих себе тогда, когда мы уверены в своей правоте. Доказа­тельства этого тезиса были получены в ходе исследований, про­веденных на факультете психологии в Принстоне.

Эксперимент был жесток, но поразительно эффективен. Во­семь или десять человек были собраны вокруг стола, в центре которого лежали полдюжины карандашей различных цветов. Все карандаши, за исключением одного, были одинаковой дли­ны. Этот отличающийся от других карандаш — допустим, крас­ный — был явно короче, чем остальные.

Собравшихся вокруг стола людей попросили высказать свое мнение о длине карандашей. Большинство — все, кроме одного, сбитого с толку участника эксперимента — дружно поддержали явно неправильное мнение, противоречащее наглядному факту. Они заявили, что все карандаши имеют одинаковую длину.

Конечно, большинство участников — все, кроме одного, — были подставными. Суть эксперимента состояла в том, чтобы исследо­вать реакцию единственного настоящего испытуемого.

Приблизительно в каждом третьем случае испытуемый мораль­но ломался под давлением большинства и соглашался с абсурдным мнением.

Попав под мощный пресс свидетельств, опровергающих то, что он видел своими глазами, участник эксперимента мялся, волновал-ся, вздыхал и наконец говорил что-то вроде: «Ну ладно-ладно, на­верное, вы все правы — эти карандаши имеют одинаковую длину».